Поэты живут. И должны оставаться живыми.
Пусть верит перу жизнь, как истина в черновике.
Поэты в миру оставляют великое имя,
затем, что у всех на уме – у них на языке.
(здесь и далее – цитаты из стихов Александра Башлачева)
35 лет назад погиб поэт и музыкант Александр Башлачев. В Череповце, его родном городе, до сих пор нет ни одной улицы, названной в его честь. Вся память о признанном гении советской рок-поэзии хранится в музее в здании библиотеки №10 и на трех памятных досках.
Мемориальная доска на здании школы, в которой учился Александр Башлачев
Первую мемориальную доску – на стене дома номер 13 на улице Милютина, где когда-то жил Александр Башлачев – установил за свои деньги его друг в 2002 году. В 2015 году открыли небольшой барельеф в центре города на стене здания городской филармонии. Еще одну мемориальную доску повесили в 2017 году в школе №20, где учился поэт.
Сейчас школа закрыта. По территории ходит полный охранник и гоняет детей, которые играют на стадионе. Угрожает вызвать полицию, но, конечно, не всерьез: "И так денег у людей из-за карантина денег нет. Так еще и штраф 5000 рублей платить".
Услышав, что корреспондент Север.Реалии пришел сюда из-за Башлачева, охранник удивился. Он всмотрелся в мемориальную табличку, как будто увидел ее впервые.
– А что, он в этой школе учился? – спросил охранник. – Пять лет тут работаю и не замечал, что она тут висит. Там вон, дальше в память о ребятах из Афгана мемориал есть, их вот я видел, а эту почему-то не замечал/
"А на дожде все дороги радугой", – прочел он вслух строки из самой знаменитой песни Башлачева "Время колокольчиков". И ушел отгонять очередных детей, которые лезли через забор.
"Я слышу звон"
Родился Александр Башлачев 27 мая 1960 года. Его отец Николай работал на заводе начальником участка в теплосиловом цехе, а мать Нелли преподавала химию в школе №4. В 10-м классе он научился играть на гитаре. В 1977 году окончил школу и уехать поступать на факультет журналистики в Ленинградский университет имени Жданова, но его туда не взяли из-за отсутствия публикаций. После этого он год проработал на заводе художником и уже в 1978 году все-таки поступил на журфак в Уральский государственный университет в Свердловске.
Александр Башлачев
– Я его помню как Башлачева, которому еще только 20 лет было, – рассказывает басист и вокалист череповецкой группы "Рок-сентябрь" Олег Хакман. – Сашка был один из организаторов нашей группы. У нас основное сотрудничество было летом, когда он домой на каникулы возвращался из университета. Вместо того, чтобы отдыхать, мы заставляли его работать. Мы ему говорили: "Саша, Саша, давай писать, пока ты здесь. А то потом уедешь, и у нас всё застынет". Приходилось ему из себя выжимать много всего разного.
Свои первые песни Башлачев написал именно для "Рок-сентября". Группа в основном выступала на дискотеках. Репертуар у них был соответствующий.
– Мы Сашку просили писать тексты такие незамысловатые и по возможности понятные. Истинный же его потенциал раскрылся в Москве и Ленинграде. Но все равно, что касается "Рок-сентября", то он писал талантливые вещи, – говорит Хакман. Он считает, что эти песни не менее важны, чем его позднее творчество.
Афиша группы "Рок-сентябрь"
И все часы мои не ходят,
В окнах напротив – ни огня
И, если что-то происходит,
То, к сожалению, без меня
(Из песни "Эй, помогите" группы "Рок-сентябрь")
Основные репетиции группы проходили в филармонии на Советском проспекте. С 1979 по 1982 год Башлачев написал для "Рок-сентября" около 20 песен. Олег Хакман вспоминает, что он был не просто автором текстов, а полноценным участником группы.
– Саша ездил с нами. Гитару он взял позже значительно. Он максимум, что любил делать, так это на бубне играть. Во время наших концертов за сценой стоял, заводился, такой энергичный был, – рассказывает Олег.
Они передали наши записи на радио BBC. А там нашу песню "Манекен" в эфир пустили. Так мы стали диссидентами
Пик славы группы был в 1982 году, когда "Рок-сентябрь" попал в финал всесоюзного конкурса "Золотой камертон". Музыканты должны были выступить с песней "Диско-робот". Но жюри конкурса не понравилось слово "диско". И Башлачеву за ночь пришлось переписать текст. Так "Диско-робот" стал "Танцующим роботом". А Хакман на следующий день пел обновленную песню по бумажке. Группа в итоге победила в конкурсе, но их выступление все равно вырезали из финальной передачи.
– Еще там мы познакомились с музыкантами австрийскими. Они передали наши записи на радио BBC. А там нашу песню "Манекен" в эфир пустили. Так мы стали диссидентами – КГБ же. Все строго было. Нас из-за этого приглашать на концерты перестали. Можно сказать, запретили работать. На этом "Рок-сентябрь" и закончился. Я остался работать как композитор. Воспоминаниями живу. Интересно все еще исполнять эти песни, – рассказывает Олег Хакман.
Олег Хакман
Он до сих пор выступает с песнями, которые написал Александр Башлачев, и проводит концерты, чтобы "знакомить молодежь с ранним творчеством поэта-песенника". Последний раз они встречались в конце 1987 года.
– Саша меня просил музыкально оформить стихи для пластинки "Время колокольчиков". Я прослушал эти стихи и откровенно сказал: "Саша, тут уже ничего не надо делать. Никакой музыки здесь не надо. Здесь все уже сказано". И расстались мы с ним перед Новым годом, – вспоминает Хакман.
Не лежала у него душа к этим комсомольским ударным стройкам и молодежным бригадам
В 1983 Александр Башлачев о кончил университет и вернулся в родной Череповец. Год он проработал журналистом в газете "Коммунист". В редакции его помнят как "невысокого мальчика с растрепанными непричесанными волосами", который на редакционных посиделках исполнял свои песни.
"Мучился ужасно. Не лежала у него душа к этим комсомольским ударным стройкам и молодежным бригадам", – рассказывала его мама Нелли Николаевна. Так что карьера журналиста продлилась недолго. В 1984 году в Череповец по приглашению Леонида Парфенова, друга поэта, приехал музыкальный критик Артемий Троицкий. Башлачев сыграл для него несколько своих песен. В том числе, в первый раз исполнил и "Время колокольчиков".
Дом, в котором жил Александр Башлачев в Череповце
"Он тогда только-только написал и в первый раз исполнил на людях песню "Время колокольчиков". Его больше всего интересовала моя реакция на эту песню, потому что она была совсем другая. Она была былинная, если не считать фразу "Мы пришли с черными гитарами" – никаких коннотаций к модному рок-н-роллу там не было. Эта песня меня поразила, потому что она была другой по музыке. Я не столько врубился в стихи, сколько меня потрясло языческое камлание, невероятное и энергичное. Ничего подобного до этого, да и после, я не слышал", – вспоминает Троицкий о том вечере на квартире у Парфенова.
Он весь такой переливался и перезванивался. Нервы звенели, его глаза звенели
После этого Башлачев дал несколько концертов-квартирников в Москве, а затем и в Ленинграде. "Принимали его восторженно. Даже ошарашенно", – вспоминал Троицкий.
В 1985 году Башлачев впервые выступил на большой сцене вместе с Юрием Шевчуком в аудитории Ленинградского медицинского училища. В этом же году его приняли в легендарный ленинградский рок-клуб.
"Я помню, как его в первый раз услышал. Он начал петь. Я просто ахнул. Сидит Саша Башлачев. Очень легкий такой, невесомый. Вот эти вот его колокольчики, бубенцы. Он весь такой переливался и перезванивался. Нервы звенели, его глаза звенели. Его зубы железные тоже позвякивали. Он весь такой был звенящий. Весь в бубенцах", – вспоминает Юрий Шевчук. Колокольчики Башлачев любил.
Александр Башлачев
Пока пою, пока дышу, любви меняю кольца,
Я на груди своей ношу три звонких колокольца.
Они ведут меня вперед и ведают дорожку.
Сработал их под Новый Год знакомый мастер Прошка.
Пока дышу, пока пою и пачкаю бумагу
Я слышу звон. На том стою. А там глядишь – и лягу.
Бог даст – на том и лягу.
"В Москве, может быть, и можно жить, а в Ленинграде стоит жить", – говорил Александр Башлачев в одном из интервью. В 1986 году он переехал жить в Ленинград. Устроился кочегаром в котельную "Камчатка" – так можно было не опасаться, что советские власти привлекут "за тунеядство".
Конечно, потрясающий парень, энергетика чумовая, стихи гениальные, но мне страшно
Троицкий познакомил его с Аллой Пугачевой, и Башлачев спел для нее несколько своих песен. "Конечно, потрясающий парень, энергетика чумовая, стихи гениальные, но мне страшно. Жуть меня от этого берет", – призналась она Троицкому и расписалась на последней странице паспорта Башлачева – это действовало на милиционеров, например, при проверке прописки.
В 1987 году он снимался в документальных фильмах "Рок" Алексея Учителя и "Барды проходных дворов" Петра Солдатенкова. Но в процессе съемок отказался от участия в обоих фильмах.
Утром 17 февраля 1988 года Александр Башлачев выпал из окна съемной квартиры на проспекте Кузнецова, где он тогда жил. Точные причины до сих пор не установлены. Считается, что он покончил с собой из-за одиночества и творческого кризиса – свою последнюю песню "Вишня" он написал два года назад:
Темной ночью до утра
Звезды светят ясно.
Жизнь – веселая игра,
А игра прекрасна!
– Не знаю, смог бы он дожить до этого возраста, – говорит накануне 60-летия поэта Олег Хакман. – Он же по жизни шел с открытым забралом. Так же и со сцены говорил. Я видел его последние выступления под гитару. Он бы долго не протянул в этом нерве. Выхолащиваются быстро от такого напора.
23 февраля Башлачева похоронили на Ковалевском кладбище под Санкт-Петербургом.
"Нет тех, кто не стоит любви"
"Башлачев признан, но все так же таинственно-несправедливым образом малоизвестен", – писал Лев Наумов в книге "Человек поющий". Точно так же можно сказать и о статусе Башлачева в его родном городе. В разные годы поклонники его творчества пытались закрепить память о великом советском поэте в Череповце.
Уже много лет поклонники творчества Башлачева хотят поставить ему памятник в Череповце. К 55-летию начали сбор средств, чтобы установить скульптуру в сквере (который и назвали бы в честь поэта), но хватило только на барельеф. Его повесили на здании городской филармонии, где когда-то репетировал "Рок-сентябрь". Под портретом выгравированы слова из стихотворения "Тесто": "Нет тех, кто не стоит любви".
Барельеф на здании филармонии
Зима жмет земное. Все вести – весною.
Секундой по векам, по пыльным сусекам
Хмельной ветер верной любви.
Тут дело не ново – словить это Слово
Ты снова, и снова, и снова лови.
Тут дело простое – нет тех, кто не стоит,
Нет тех, кто не стоит любви.
В Череповце память о Башлачеве долгое время жила в единственном музее на первом этаже в здании нотно-музыкальной библиотеки на проспекте Строителей. Музей был оформлен в стиле "квартирника на кухне". На стенах – биография поэта в фотографиях, была собрана полная дискография музыканта. Музею активно помогала семья Александра, которая до сих пор живет в Череповце.
– Музей в начале был больше волонтерским, на базе библиотеки и официально не был оформлен. У нас появилась инициативная группа, и приходили неравнодушные люди. Привозили фотографии, книги и новые экспонаты, вливали и вливали в него. Выглядело все это так, будто выставка выросла в официальный музей, – рассказывает Татьяна Мельникова, заведующая библиотеки с 2009 по 2014 и хранитель музея.
Естественным образом музей Башлачева стал центром притяжения других музыкантов, поэтов и художников.
Татьяна Мельникова (в центре) и Борис Гребенщиков
– Мы стали проводить поэтические вечера и концерты. Нередко было так, что музыканты давали где-то в городе платный концерт и потом выступали бесплатно у нас, – вспоминает Мельникова. – Многие хотели выступить именно в музее Башлачева. Им никакие деньги были не нужны.
Если накрывает, то накрывает до конца. И до конца болит
Она уехала из Череповца, но еще шесть лет помогала вести группу музея в соцсетях. Некоторые очень личные истории "во мне так и остались", говорит Татьяна. Рассказывать она их никому не будет.
– Меня он цепляет до такой степени, что все сжимается и прямо плакать хочется, – признается Мельникова. – До такой степени мне больно, когда читаю его стихи. А когда песни слушаю… Это вообще просто боль. Если накрывает, то накрывает до конца. И до конца болит. Слава богу, накрывает и молодежь. Значит, они способны чувствовать. Значит, есть много тех, кто может услышать то самое слово, которое он говорит.
Саша Башлачев с младшей сестрой Леной. Июль 1972. Череповец
Сегодня в Череповце новый музей Александра Башлачева – по адресу Советская, 35а. Он открылся в 2020 году в структуре государственного Череповецкого музейного объединения. Небольшая, но очень современная мультимедийная экспозиция была создана при поддержке семьи Башлачева, фонда Потанина и компании "Северсталь". Работает еще и виртуальный музей – александрбашлачев.рф. Занимается ими обоими младшая сестра поэта Елена Башлачева.
– Экспозиция включает и мемориальные предметы, и видеоряд, и фотографии, и голоса родственников, – рассказывает Башлачева. – Тот музей закрылся, мы перевели все на новый уровень. Там из мемориальных предметов был стол и полка, эти вещи нам вернули. Все остальное там было, то, что я давала, частично перешло в архив нашего музея, частично я забрала свой архив. То есть там, конечно, ничего не пропало. Все, что там любовно собирали вот эти 10 лет, с 2009-го по 2019-й, все сохранено.
– Вы всегда знали, что ваш брат – гений?
– У меня это было немножко на другом уровне. Понимаете, я это все любила, независимо от того, гений он или не гений. Я его просто слушала и была рядом как сестра. Не знаю, в какой момент пришло это понимание. Конечно, если бы я не чувствовала, я бы тогда не собрала и не сохранила бы все, что осталось после Саши.
– Есть ощущение, что сегодня стихи Александра Башлачева стали снова актуальны?
– Вы абсолютно правы, потому что люди, которые сегодня приходят в музей – это в основном молодежь. И очень много людей обращаются к стихам, спрашивают, задают вопросы, и в основном это молодые люди.