Вчера завершились президентские выборы в Беларуси. По предварительным официальным данным, на них снова победил действующий президент Александр Лукашенко и снова с разгромным счетом. Его соперники считают, что данные сфальсифицированы. Что известно наверняка – тысячи белорусов не смогли принять участие в голосовании: участки закрылись раньше, чем подошла их очередь. Корреспондент сайта Север.Реалии поговорил с теми из них, кто пытался проголосовать в Санкт-Петербурге.
Очередь к избирательному участку в Санкт-Петербурге на белорусских выборах
По данным белорусского ЦИКа от 10 августа, глава государства Александр Лукашенко набрал 80,23% голосов, его основной соперник Светлана Тихановская – 9,9%. Она уже заявила, что не признает эти результаты. Оппозиция считает, что цифры как раз противоположные, и на самом деле победила Тихановская. Недоверие к официальным результатам подкрепляет отсутствие на выборах международных наблюдателей, вырубленный в день голосования интернет и выдворение из страны ряда российских журналистов.
Между тем о победе Лукашенко фактически объявили уже вечером в воскресенье, когда были обнародованы официальные данные экзитполов. В ответ в 33 городах Беларуси начались стихийные акции протеста. Против граждан применили водометы, резиновые пули и светошумовые гранаты. Как сообщает белорусское МВД, в ночь с 9 по 10 августа были задержаны около 3 тысяч человек. Медики говорят о том, что после разгона демонстраций были госпитализированы десятки человек.
Акции протеста в воскресенье стихийно вспыхнули и в российских городах, после того как в 20:00 закрылись избирательные участки в посольстве и консульствах. Перед закрытыми дверями остались тысячи людей, которые не успели проголосовать из-за усложненной по причине коронавируса процедуры. В отделении посольства Республики Беларуси в Санкт-Петербурге не смогли проголосовать около двух тысяч человек, в том числе и псковичи с белорусскими паспортами. В Псковской области, граничащей с Беларусью, своего участка для голосования не было. Хотя, по данным переписи 2010 года, здесь живет почти семь тысяч граждан этой страны.
"Может, прямо сегодня уеду"
Алексей Сувиго
– Я вчера до ночи смотрел видео, и сегодня у меня только одно желание – поехать в Беларусь и принять участие в митингах-демонстрациях. Может, прямо сегодня уеду, посмотрю. Страх попасть в тюрьму, быть избитым милицией где-то есть, но он проигрывает внутреннему ощущению, что справедливость на нашей стороне. Страх меня не остановит. Когда я вижу, как девушке в лицо резиновой пулей выстрелили, когда вижу, как люди просто сидели на лавочке, а проходившая мимо толпа омоновцев начала их жестко избивать ни за что, мне сложно сидеть на месте. Я смотрю этот омоновский беспредел и не понимаю, как их зомбируют, что им говорят? – говорит Алексей Сувиго.
Страх попасть в тюрьму проигрывает внутреннему ощущению, что справедливость на нашей стороне
Он приехал в Санкт-Петербург в 2008 году, сразу после того, как окончил в Беларуси университет по специальности "тренер бокса, учитель физкультуры". Выпускник с высшим образованием мог рассчитывать на зарплату в 150 долларов в месяц – выбор, как он сам говорит, был очевиден. Сейчас профессионально занимается походами, вместе с группой единомышленников собирает группы и водит их по уникальным местам.
– Меня пробивает на злобу и ненависть, я жалею, что не могу быть действенным там, конечно, надо участвовать в этом всем. Момент настал, людям надоело терпеть, – делится похожими чувствами финансовый консультант Максим Сагайдак, который приехал в Петербург поступать в вуз в 2006 году. – Все будет продолжаться, возможно, начнутся забастовки. Всех распихать по тюрьмам, я думаю, уже не получится, протест сейчас – абсолютно беспрецедентный. Это видно даже по районам, по областным городам – там абсолютное единение народа. Придется вытерпеть все те риски, которые есть сейчас, потому что иными путями с этой властью ничего не сделать. Народ сделал свой выбор: порядка, думаю, 70% проголосовало за Тихановскую. Власть совершает госпереворот – народ должен защищать свой выбор.
Мне кажется, Лукашенко – сам по себе очень злой человек
– Чувствую гордость за ребят на улицах и желание быть там с ними. У этих совершенно разных людей есть то, что их объединяет и за что они готовы рисковать всем. А мы тут в России давно забыли, как это вообще, с нами ничего подобного не может приключиться, – замечает Владимир Жилинский, который 17 лет назад переехал в Псков из Витебска.
– Мне кажется, Лукашенко – сам по себе очень злой человек. И он таких протестов не ожидал, пытается удерживать власть, а как ее по-другому удержишь, если люди вышли? Думаю, что и белорусская милиция не готова, нет у нее опыта мирного урегулирования таких конфликтов. Они, может, в порыве драки что-то совершают? – пытается понять происходящее Дмитрий Доронин. Он перевез в Россию семью с женой и тремя детьми четыре года назад, занимается торговлей и точно знает, что в Беларуси иметь сопоставимый с российским заработок пока нереально.
"Пропускная способность – 20 человек в час"
Доронин, Сагайдак, Сувиго и Жилинский, как и несколько тысяч других белорусов, живущих в России, вчера приехали к зданию отделения посольства на улице Бонч-Бруевича в Санкт-Петербурге, чтобы проголосовать за президента. Вот только реализовать право выбора получилось не у всех.
– Я очень расстроился, что не удалось проголосовать. Приехал в 16 часов вместе с четырьмя друзьям, мы специально собирались – договаривались. Хотели пораньше сорваться, но другие друзья, которые были на месте, сказали, что очередь сумасшедшая. Ну и здесь, когда мы прибыли, было несколько тысяч человек, в основном молодые все. Людей, как я, к 40 годам, вообще, кажется, не было, – рассказывает Доронин.
Его белорусский товарищ сейчас живет в Польше на границе с Литвой. Вчера он тоже специально поехал в Варшаву, за 50 километров, чтобы проголосовать. И тоже не смог: из-за очередей поучаствовать в выборах смогли только 250 человек.
Владимир Жилинский в очереди на голосование
– Они на участке работали медленно и картинно соблюдали антивирусные меры, притом что вокруг посольства стояла толпа без этих мер. Не знаю, умышленно это или бюрократия, – рассуждает Жилинский, которому также не удалось проголосовать в Санкт-Петербурге. Он уверен, что толпа из нескольких тысяч человек, "очевидно пришла голосовать не за Лукашенко".
Это специально было сделано, чтобы на досрочке вбросить больше половины голосов
– Там еще альтернативные очереди оперативно выстраивались. Люди делились на тех, кому срочно на работу, на тех, кто с маленькими детьми пришел, – уточняет Максим Сагайдак. Он пришел к посольству к 9 утра и через три часа смог проголосовать.
Максим убежден, что километровые очереди рядом с посольством – не случайность, а сознательная тактика белорусских властей.
– Мы все думали, что нормальная пропускная способность будет. А здесь – одна кабинка и три минуты на человека. Это 20 человек в час, 240 человек за 12 часов. А там больше четырех тысяч было! Это тактика, это все креатив Лукашенко и команды, а Россия – молчаливый одобритель, я считаю. Это специально было сделано, чтобы на досрочке вбросить больше половины голосов. Люди пришли отдать свой голос, и им не дали такой возможности! – возмущается Сагайдак.
Про манипуляции с досрочным голосованием в Беларуси уже сообщило движение "Голос". Исследователь Сергей Шпилькин, опираясь на данные наблюдателей, подсчитал, что число проголосовавших досрочно завышено как минимум в два раза.
Алексей Сувиго не только пришел голосовать, но и за несколько дней до дня выборов зарегистрировался волонтером в проекте "Беларусь 2020. Выборы за рубежом". 8 и 9 августа он стоял у здания посольства и опрашивал голосовавших.
Протокол с петербургского избирательного участка
– Нам 98% избирателей рассказывали, за кого они. За Тихановскую в посольстве Питера – более 90%. А вчера вечером показали протокол – там 350 голосов с чем-то за Лукашенко, 300 голосов с чем-то за Тихановскую. Но, по нашим данным, за Лукашенко – 20 процентов с чем-то! Мы доверяем людям, которые с нами говорили. А значит, есть явная фальсификация результатов, и это повсюду. А кабинки? В 2015-м на выборах их было четыре, а в этот раз – одна, и в комиссии, как говорят, специально медленно работали сотрудники, – объясняет Сувиго.
Он рассказывает, что с момента отъезда из Беларуси не прекращал следить за тем, что происходит в стране.
Я мечтаю, чтобы оттуда ушла система диктатуры, чтобы прошли честные выборы
– Потому что это моя родина. У меня там живут родители, друзья, родственники. Я люблю Беларусь, несмотря на то что я уехал. Потому и в волонтеры пошел, чтобы участвовать, помогать стране, контролировать. Я мечтаю, чтобы оттуда ушла система диктатуры, чтобы прошли честные выборы, чтобы страной начали управлять люди, которые думают о народе, чтобы поменяли Конституцию, чтобы не было столько власти у человека. Пусть уходит, улетает в другую страну, но надо, чтобы все преступления, которые совершили он и его окружение, были расследованы и виновные понесли наказание по закону, – говорит Сувиго.
Любой лучше Лукашенко
Дмитрий Доронин отмечает, что посадки, аресты, сфальсифицированные уголовные дела случались в Беларуси перед каждыми выборами, но сейчас люди в ответ смогли сплотиться.
Дмитрий Доронин
– Очень много людей было против, но они просто боялись. А тут повернули головы и видят: сосед такой же справа, сосед такой же и слева. Смотрят и понимают, что их, людей, которые хотят нормальной жизни, много. Белорусы – мирные люди, никто не хочет революций, никто не хочет уезжать, просто хотят нормально жить. Я бы разве уехал? От квартиры, дачи, из страны, где у супруги работа была, где друзья и родственники? – спрашивает Доронин.
– Старшее поколение и сейчас плюется, и раньше плевалось на Лукашенко. Вроде все понимали, что все рисуют-подтасовывают, но было ощущение "а что с этим сделаешь", – соглашается Максим Сагайдак. – А сейчас появились настоящие кандидаты, люди увидели, что можно проголосовать за нормального человека. Не за спойлера-ноунейма, не за националиста, а за того, кто может возглавить и развивать страну.
Сагайдак вчера проголосовал за Светлану Тихановскую, но не скрывает, что при допуске всех кандидатов выбрал бы Виктора Бабарико.
– Бабарико – явный фаворит. Я анализировал его медиаактивность, плюс он был топ-менеджером банка, по интервью заметно, что хороший человек, в его штабе работают позитивные современные люди. Я не вижу проблемы в том, что он может быть аффилирован с Россией. Потому что любой кандидат, даже с российским следом, намного лучше Лукашенко, – считает Сагайдак.
И Сагайдак, и Доронин предполагают, что одним из факторов, которые усугубили протестные настроения в Беларуси, стала пандемия коронавируса. Его опасность власти страны демонстративно недооценивали.
Ключ к сегодняшнему феномену в Беларуси – наглые, демонстративные устранения конкурентов на выборах плюс такие же демонстративные фальсификации
– Они отрицали его, экономически не поддерживали людей, сам Лукашенко нес всякий бред по этому поводу. Стало очевидно, что он в неадеквате, – говорит Сагайдак.
– Видели же все, сколько людей болело, видели это вранье, знали, как телефоны в больницах забирали, чтобы нельзя было сфоткать, сколько людей лежит. Это номенклатурное государство, там главное – верхушка, о людях мало кто думает, воспринимают их как расходный материал, – говорит Доронин.
Очередь за бюллетенями в Санкт-Петербурге
Жилинский называет свой народ "до анекдотичности терпеливым", но за этой терпеливостью кроется не слабость, а расчётливость, храбрость и неплохие способности к самоорганизации, считает он.
– Ключ к сегодняшнему феномену в Беларуси – наглые, демонстративные устранения конкурентов на выборах плюс такие же демонстративные фальсификации. Когда охреневают настолько, терпение заканчивается, и тут вам не Россия, тут кроме криков "позор" может и в голову что-то прилететь, – предостерегает Жилинский.
Он рассказывает, что каждый год, кроме этого "коронавирусного", ездил в Беларусь и все время замечал "еле уловимую разницу между странами".
Вернуть людям будущее, а не избивать их дубинками
– Всё точно так же, но чуть иначе, и это ключевой момент, от которого зависит дальнейшее развитие стран и отношений между ними. Вообще, я обеим странам желаю успеха, процветания и ещё важное – стать странами для жизни, вернуть людям будущее, а не избивать их дубинками и взрывать гранатами у подъездов, – резюмирует Жилинский.