Культурно-образовательный фонд "Национальное культурное наследие", созданный по инициативе Владимира Путина, в июне сократил более 80% своих сотрудников, так и не рассчитавшись с долгами по зарплате. В Калининграде, где располагается одна из стройплощадок фонда, 4 июня лишились работы 22 сотрудника. В одночасье ставшие безработными, инженеры рассказали корреспонденту сайта Север.Реалии, что происходило на объекте последние полгода.
Строительство культурного комплекса в Калининграде
Современные культурные комплексы в регионах России президент Владимир Путин анонсировал в послании Федеральному собранию 2018 года. Первый был запланирован в Приморском крае, а 2 марта, выступая на медиафоруме ОНФ в Калининграде, Путин пообещал такой проект и самому западному региону страны: "Думаю, что мы в Калининграде сделаем обязательно, это всё-таки анклавный регион России, и нужно помочь людям иметь доступ к нашим основным художественным ценностям. Поэтому Калининград".
Также культурные комплексы решили строить в Севастополе и Кемерове. Финансировать проект должна была компания "Роснефтегаз", "это наши нефтегазовые доходы, выведенные в отдельную кубышку", как обозначил Путин. Затраты на четыре комплекса оценили в 120 миллиардов рублей. Осваивать их начала компания "Стройгазмонтаж" Аркадия Ротенберга, которая позднее переуступила подряд "Стройтрансгазу" Геннадия Тимченко.
Заказчиком строительства стал специально созданный Фонд "Национальное культурное наследие", его учредители – Третьяковская галерея, Эрмитаж, Большой театр и Мариинский театр. Их филиалы, как предполагается, и создадут новое культурное пространство в регионах.
Владимир Путин на встрече с учениками севастопольского филиала академии хореографии
В Калининграде строительство началось летом 2019 года. На острове, рядом со стадионом "Октябрьский", возводят образовательный центр, филиал Третьяковской галереи, филиал Большого театра, хореографическую академию, музыкальную школу, общежития для студентов и учащихся, жилые дома для артистов и преподавателей – всего десять корпусов.
Полностью их должны были сдать в 2023 году, но уже в сентябре этого года планировалось открыть учебный корпус Московской государственной академии хореографии. Юные балерины, прошедшие строгий отбор, целый год занимались в бывшем здании художественной галереи, которая сменила адрес по причине аварийного состояния помещений. Но обещанный переезд в новый корпус не состоялся. И вряд ли стоит ждать его в ближайшие годы, говорят уволенные сотрудники фонда.
"Денег нет, и сами мы не местные"
– Мы не хотели особо это выносить на публику, но у нас уже вариантов не осталось, потому что мы видим, что дело буксует, и все настроены, что денег этих мы не увидим, – говорит инженер Екатерина Кузнецова. Она вместе с коллегами из других городов участвовала в записи видеообращения к Владимиру Путину, которое появилось в сентябре. Решить проблему путем переговоров оставшиеся без работы не смогли.
– Мы же не просто молчали, а потом резко обратились к президенту, – объясняет Екатерина. – Мы сообщали об этом руководству фонда, "Роснефтегазу" как учредителю, далее учредителям фонда: Эрмитажу, Большому театру, Мариинскому театру, то есть мы всем рассказали, что строительный контроль не осуществляется. Насколько я знаю, "Роснефтегаз" инициировал проверку по этому вопросу. 22 сентября они прилетают в Калининград с проверкой. Сейчас они в Кемерове, далее отправятся в Севастополь, мы – третьи. Я знаю прекрасно, что все внутренние акты были подписаны и на бумаге всё хорошо.
Кузнецова устроилась на работу в фонд 1 ноября 2019 года на должность инженера технического отдела с выполнением функций контроля на площадке.
– Вакансия была размещена в интернете на обычном сайте по поиску работы. Я просто подала резюме, и меня взяли. Как правило, на большие стройки с улицы не берут, – до сих пор удивляется она. – Приняли хорошо, сразу все вписались, потому что работа шла постоянная. По крайней мере, до марта шли интенсивно, работы было очень много, и задерживались до 11 вечера, никто нам это не оплачивал. Но в принципе зарплата была хорошая, ни у кого не возникало вопросов, чтобы задержаться или уйти раньше.
В числе сотрудников оказалось много приезжих из Краснодарского края, это те специалисты, которые работали в Сочи на олимпийских объектах и трассе "Формулы-1", рассказывает Екатерина Кузнецова: "Такую команду и пытались привлекать, у кого опыт был на таких крупных объектах".
Если в ближайшее время ситуация не выправится, нам придётся переезжать обратно в Омск. Но и это денег стоит
Омич Геннадий Морозов впервые увидел Калининград, когда приехал строить стадион к чемпионату мира по футболу. Город ему понравился, и когда там же, на острове Октябрьском, началось строительство культурно-образовательного центра, решил переехать уже с семьей.
– Денег нет, и сами мы не местные, если кратко, – описывает он свое нынешнее положение. – Я взял ипотеку конкретно под этот проект. Прикинул, что зарплата позволит закрыть её за четыре года, когда объект полностью должен был быть готов. В итоге я привожу сюда семью – жену и двоих детей, младшего устраиваю в платный детский сад, так как у нас только временная прописка, и сам внезапно остаюсь без работы. Сейчас трудоустроена только супруга. Как вы считаете, нам хватает денег? Жена меня не пилит сильно, с пониманием относится, но уже говорит – ищи работу. И самое обидное даже не это. У меня дети очень полюбили этот город, но работы подходящей я найти здесь пока не могу. Получается, если в ближайшее время ситуация не выправится, нам придётся переезжать обратно в Омск. Но и это денег стоит. Одни билеты порядка 46 тысяч рублей. У меня жена с медицинским образованием, я инженер с высокой квалификацией, работал на крупных федеральных объектах. Региону не нужны такие кадры?
Не верили, что нас могут кинуть на уровне если не первых, то вторых лиц государства
Инженер Василий Неделько работал на объекте с февраля 2019 года – он тоже пришел со стройки стадиона к ЧМ-18. Тревожные сигналы, говорит он, были давно.
– Премиальная часть у нас в том же размере, что и оклад, – иначе у нас зарплата была бы ниже, чем у рядового мастера на стройке, – говорит Неделько. – И поначалу нам платили. Но с задержками в два-три месяца. Объяснялось оформлением протоколов, заседаниями руководства, на которых они принимали решения. А потом и вовсе стали выплачивать только оклад. А когда поменялось руководство, задержка пошла ещё большая. Нам объясняли, что пока одни ушли, вторые пришли им на смену, нужно перепроверять документацию, входить в курс дела, приезжал даже директор, который нам всё это объяснял и пообещал всё выплачивать. Но уехал он, всё так и осталось. Это было после Нового года, мы думали, что к маю ситуация выровняется, объект-то федерального значения, но так ничего и не наладилось. Занимали, у меня две кредитные карты, полторы уже потратил… Не верили, что нас могут кинуть на уровне если не первых, то вторых лиц государства.
"Стройка осталась без контроля"
По словам уволенных, премии, то есть половину зарплаты, сотрудники фонда перестали получать в октябре. Уведомление о сокращении персонала пришло в июне, и с тех пор зарплату не платили вовсе. Однако сотрудники продолжали работать вплоть до августа: им предложили перейти в "СТГ-Сервис", дочернюю компанию "Стройтрансгаза". Большинство согласились.
Екатерина Кузнецова
– У нас был выбор: либо сидеть весь срок сокращения на минималке, либо заключить досрочные соглашения о расторжении договора, но с теми же выплатами, как если бы мы сидели. Все подписали о досрочном, – рассказывает Екатерина Кузнецова.
Всего на четырёх аналогичных объектах в разных городах страны уволили 128 человек под предлогом оптимизации расходов. Причём во всех четырёх городах сократили одни и те же должности. Это люди, которые работали непосредственно на объекте: весь строительный контроль, сметчики, инженеры, геодезисты. В Калининграде из 24 человек осталось работать двое – руководитель филиала и сметчик.
Однако, по словам Кузнецовой, согласно штатному расписанию, и 24 человека – это недобор:
– На стройке весь персонал обычно сразу не набирается. По мере необходимости. Как я, например, я же не с самого начала стройки работаю. Как возникла необходимость в инженере по слаботочным сетям, меня взяли. Нужны были ещё люди, конечно, но в принципе справлялись.
Теперь весь строительный контроль на таком крупном объекте приходится вести одному человеку.
– Теоретически без таких специалистов, как мы, конечно, можно обойтись. Было бы желание. Но по факту стройка осталась без контроля, – говорит Василий Неделько. – Ну что один человек может на таком огромном объекте? Да ничего. Просто номинальная единица. Конечно, если представить, что подрядчик кристально честный и всё делает по уму, то да. Но к сожалению, в принципе на любой стройке бардак. Много нестыковок, которые надо отслеживать.
Через дырку в заборе лазили, чем доводили до исступления охранников стройки. До цирка доходило
В "СТГ-Сервис" должны были передать функции технического заказчика, но этого не произошло. Уволенные через перевод сотрудники просто не смогли выполнять свои обязанности – "Стройтрансгаз" заблокировал им допуск на стройку.
– У меня, например, была доверенность от руководителя фонда. Но на стройку нас не пускали никого, – рассказывает Екатерина Кузнецова. – Такого же нет – "я захотела, я пришла". Это охраняемый объект. Существует журнал вызова, "Стройтрансгаз" официально вызывает строительный контроль на приёмку работы. Ты приходишь – а тебя не пускают. Всё это фиксировалось, но оказалось никому не нужно. Вязка арматуры шла, заливка бетона шла, и принимать это всё как-то надо было. Мы должны были хоть как-то это видеть. Через дырку в заборе лазили, серьезно, чем доводили до исступления охранников стройки. До цирка доходило. Ребят, в прямом смысле слова, взашей выгоняли охранники. Естественно, этот цирк нам надоел, это несерьёзно. Дурдом, что это за работа?
"Слабо верится, что мы увидим эти деньги"
В ответ на видеообращение пресс-секретарь президента Дмитрий Песков посоветовал уволенным подавать иски в суд.
– Мы порадовались, конечно. Сами-то мы не догадались бы. У нас заявления уже с августа там находятся, – комментирует реакцию Кремля еще один уволенный инженер Сергей Жигулин. У него трое детей и жена в декрете. Чтобы прожить, Жигулин был вынужден взять кредит. Рыбалка, которая раньше была просто хобби, теперь стала хорошим подспорьем для многодетной семьи.
12 уволенных калининградцев подали иски в Ленинградский районный суд города, приехавшие из других городов подают в суды по месту регистрации. Первое заседание по делу о невыплатах зарплат в калининградском суде назначено на 5 ноября.
Стройка в Калининграде
Иски у всех сотрудников приблизительно на одну сумму – порядка 600 тысяч рублей. Сюда входит выплата заработной платы, включая компенсацию, которая прописана в соглашении, и премиальные, которые были начислены, но не выплачены.
Иски с такими суммами приблизительно у всех уволенных по стране, рассказывает Екатерина Кузнецова:
– Повыше у руководящего состава. В Москве суммы, конечно же, другие, там и зарплаты другие. По регионам ставки приблизительно одинаковые. У инженеров ставка 45 тысяч, у инженера второй категории – 60 тысяч, у ведущих специалистов – 80 тысяч рублей.
На счетах фонда есть деньги, но с уволенными сотрудниками они не рассчитываются
В Пресненском суде Москвы иски уволенных к фонду уже рассмотрены, и потерпевшие получили исполнительные листы на взыскание. В Калининграде бывшие сотрудники фонда подавали ходатайство на арест счёта фонда до решения суда, но безуспешно.
– Как показала ситуация, приставы не арестовывают счета. Нам объяснили, что это казначейские счета, их ни арестовывать, ни взыскивать не имеют права. Но ждём официальную позицию приставов, так как деньги эти внебюджетные. На счетах фонда есть деньги, но с уволенными сотрудниками они не рассчитываются, – говорит Геннадий Морозов. – Слабо верится, что мы увидим эти деньги. Есть исполнительный лист, а идти с ним некуда.
Темпы строительства культурно-образовательного центра в Калининграде сильно упали, и уволенные сотрудники очень сомневаются, что проект получится завершить в срок. Ещё в феврале на объекте работало более тысячи человек. При наращивании темпов строительства, когда одновременно поднимается десять зданий, на объекте на данный момент должно было быть порядка 2000–2500 человек. Однако сейчас здания высшей школы и театра ещё даже не согласованы.
– В мае оставалось 300 человек, – рассказывает Екатерина Кузнецова. – Сейчас если сотня есть, то хорошо, именно рабочих. На музее какие-то работы ведутся, что-то ковыряют, арматуру вяжут. На восточной площадке – это где жилые здания и школа – там вообще перекати-поле.
Очень большая текучка кадров, что не влияет положительно на качество и темпы стройки. Срывались сроки неоднократно
– У рабочих своя песня. Зарплата у них небольшая, средняя по региону, а требования очень высокие, – говорит Василий Неделько. – В итоге очень большая текучка кадров, что не влияет положительно на качество и темпы стройки. Срывались сроки неоднократно. Культурный центр должны были сдать в этом году, потом стало понятно, что этого не произойдёт. Сместили сроки сдачи на следующий год, но у меня уже большие сомнения, что и в следующем году достроят.
В фонде "Национальное культурное наследие" отказались оперативно прокомментировать ситуацию. Сайт фонда в настоящее время недоступен, в официальной группе в Facebook последняя публикация была 30 июня.