Компания Meta (бывший Facebook) добавляет "личные границы" аватарам, живущим в виртуальной реальности Horizon, чтобы положить конец цифровым домогательствам. Роскомнадзор заявляет об угрозе киберсекса с несовершеннолетними, а Центральный банк готовится взять под контроль криптовалюты. Все это новости из метавселенной, в которую, по прогнозам экспертов, через 10 лет переместится каждый восьмой житель Земли. Подробности – в материале корреспондента Север.Реалии.
Екатерина Филатова
– Проснулись мы утром, нас поприветствовала Алиса, открылись занавески, появился наш цифровой аватар в диджитал-пространстве. Голосом даем команды, чтобы включился чайник или открылся холодильник. Мы используем очки дополненной реальности, чтобы наполнить наше окружение цифровыми объектами: экраном, фотографиями, цифровыми собачками, как в детстве тамагочи, за которыми надо ухаживать. Мы переключаемся на виртуальную реальность и общаемся с родными или проводим совещание с бизнес-партнерами. А провести его можем в лаунж-зоне высотки в Дубае или можем оказаться в локации и согласовывать, например, дизайн-проект нового здания. Можем просмотреть экспозицию галереи или выбрать диджитал-одежду для цифровых аватаров или себе лично, чтобы их привезли к вам домой. Идем по улице в VR-очках, получаем навигацию или информацию об объектах, которые нас интересует. На билборде, к примеру, будет персонализированная реклама для каждого человека, – так описывает будущее человека в метавселенной Екатерина Филатова, президент Ассоциации дополненной и виртуальной реальности.
Что такое метавселенная, понимает лишь 24% россиян: это в основном москвичи и люди от 35 до 44 лет. Такие данные предоставила компания-разработчик антивирусных решений ESET. Половина опрошенных при этом верят, что метавселенные станут частью реальности россиян в ближайшие 5–10 лет. Именно 10 лет, по заявлению Марка Цукерберга, переименовавшего Facebook в Meta, необходимо для того, чтобы запустить метавселенную и набрать миллиард участников. Цукерберг обосновывает прогноз предыдущим опытом перехода на смартфоны или на ПК.
По данным консалтинговой компании Gartner, четверть людей всего мира уже к 2026 году будет проводить в метавселенной как минимум час, а треть организаций будут предлагать там свои услуги. В компании добавляют, что бренды уже создают нужную для этого инфраструктуру: "…От виртуального образования до покупки цифровой земли и строительства виртуальных домов – это уже происходит в отдельных средах. В итоге все это сойдется в одном пространстве – метавселенной..." – заявил директор компании Марти Резник. Он пояснил, что у метавселенной не будет единоличного владельца, там сформируется виртуальная цифровая экономика, основанная на токенах NFT. И влияние такой экономики на все виды бизнеса не заметить будет нельзя.
– Мы не сможем сказать: вот, метавселенная наступила, – продолжает Екатерина Филатова. – До пандемии миры, которые позволяли людям общаться в виртуальном пространстве, были не очень популярными. Они не знали, как себя монетизировать. Компании создавали шикарные технологические разработки, но разорялись, как только у них заканчивались инвестиционные деньги. С наступлением пандемии люди оказались заперты в своих квартирах и городах, и виртуальные миры стали палочкой-выручалочкой. Десятки тысяч человек так общаются: и в формате "поболтать", и решают серьезные вопросы. Они присутствуют в одном виртуальном мире, делают пометки к проектам, обсуждают их в режиме реального времени, выкладывают конференции, присутствуют на концертах. Это уже существует, просто количество людей не такое большое. Сейчас более десятка производителей VR-шлемов. У одного из них около 15 миллионов пользователей в мире. Для восьмимиллиардного населения земли это немного, но это начало.
Скучающие обезьяны
В конце января 2022 года Центробанк предложил рассмотреть полный запрет криптовалюты, сравнив ее с финансовой пирамидой. В своем докладе для общественных консультаций Центробанк рассматривает риски, связанные с ее использованием: противоправная деятельность, подрыв денежного обращения и утраты суверенитета национальной валюты, вред экологии и электроснабжению. Однако ни в Госдуме, ни в Минцифры, ни в ФСБ запрет не поддержали. В итоге 7 февраля в российском правительстве заявили об утвержденной Концепции регулирования оборота цифровых валют – с жёсткими обязательствами для всех участников профессионального рынка и акцентом на защиту прав рядовых инвесторов.
"Защита прав граждан, помимо разделения инвесторов на квалифицированных и неквалифицированных, будет обеспечиваться за счёт требований по лицензированию криптовалютных площадок. Те, в свою очередь, будут обязаны иметь финансовые подушки безопасности по ликвидности и достаточности капитала. Кроме того, предполагается введение обязанности для участников рынка по информированию граждан о повышенных рисках, связанных с цифровыми валютами", – анонсирует правительство.
Для регулирования криптовалютного рынка будут изменены Налоговый, Административный и Уголовный кодексы России, закон "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" и будет изменен или создан новый закон о цифровой валюте. Надзорными органами станут Минфин России, Росфинмониторинг, ФНС России, Минцифры России, Генпрокуратура Российской Федерации и Банк России.
В Концепции правительства не уточняется, о каких видах криптовалюты идет речь. В докладе же ЦБ говорилось лишь о биткоинах и стейблкоинах. Ни там, ни там не затрагивались NFT – non-fungible token, невзаимозаменяемый, или уникальный токен (это не криптовалюта, но криптографический сертификат цифрового объекта, используемый для продажи, например, оцифрованных предметов искусства и пр.). А именно NFT неразрывно связаны с новыми метавселенными, которые также планирует регулировать государство.
Менее чем за год в NFT было вложено более 400 млн долларов. По данным Forbes, ежемесячные инвестиции составляют около 40 млн долларов, и каждый месяц отдельные токены приносят рекордные прибыли. Сейчас уже продается и покупается виртуальная недвижимость, недавно за 4115 долларов была продана цифровая сумочка, а за 341 тысячу долларов – виртуальная диадема.
Николай Дубинин
– Считается, что в метавселенных все будет основано на блокчейне, и поэтому связывают с NFT, – рассказывает Север.Реалии автор Youtube-канала "Послезавтра" Николай Дубинин. – Это финансовая пирамида по сути. Когда появляется новая технология, это напоминает Дикий Запад. Начиная с тюльпановой лихорадки и заканчивая кризисом недвижимости в США, потом биткоины, теперь NFT – всегда человечество находит чем заморочиться, куда накинуть деньги. NFT – это инструмент, когда ты с помощью блокчейна заявляешь права на виртуальную собственность. Солист группы "Руки вверх" играл в "Бойцовский клуб", лет 10 назад туда люди вкладывали свои реальные деньги, чтобы купить уникальные предметы внутри этой игры. Игра теряет популярность или закрывается, ценность этих предметов исчезает. Криптовалюта NFT будет с тобой навсегда в твоем криптокошельке. Например, ты купил предмет в игре Counter-Strike, а продал в Facebook потом, это твои права на виртуальные ценности. Все это вместе – одно большое пространство будущего. Ценности эти сумочки могут не представлять никакой, так же, как и луковицы тюльпана, когда их все стали скупать, и цена на них стала расти. Это искусственное надувательство и инструмент перевода денег, если ты не хочешь это делать с помощью существующих легальных способов. Тебе нужно купить наркотики, у тебя есть биткоин. Он не контролируется властями, поэтому продолжает набирать популярность. Я не представляю, какую ценность представляют эти грустные обезьяны, которые покупают звезды – Пэрис Хилтон, Эминем и т. д. Возможно, эти ребята являются лицами аукционного дома, который их продает. Вот и получается, что это финансовая пирамида, основанная на хайпе.
"Все говорят, а мы еще не регулируем"
О необходимости защиты "виртуальных двойников" россиян еще летом 2021 года заявил Владимир Путин. Роскомнадзор, по данным "Коммерсанта", изучает возможности регулирования метавселенных. В исследовании о метавселенных Главного радиочастотного центра (структура Роскомнадзора) выделены основные риски. Это доминирование самих цифровых валют, что нарушит политические границы государств, угроза безопасности – киберсекс с несовершеннолетними и различные девиации, продажа запрещенных веществ, проблемы идентификации виртуальных аватаров, а значит, утеря и невозможность контролировать личные данные. Ну и своя, отдельная от внешней реальности, виртуальная политическая жизнь с новыми формами протеста и агитации.
В России уже продаются токены в поддержку иноагентов. Петербургский журналист, музыкант Михаил Грачев вместе с группой "Союз Печать" записал песню, режиссер смонтировал на неё клип из хроник последних событий – в знак протеста против давления на СМИ.
– Мне показалось, что больше других поддержка требуется отдельным журналистам, признанным иноагентами, – говорит Грачев. – Поэтому клип я превратил в NFT-токен. Чтобы покрыть затраты 41 журналиста из списка иноагентов, нужно около 12 млн рублей: каждому, кто попал в список иноагентов, нужно около 300 тысяч рублей. Это стало стартовой ценой лота. Надеюсь, что за месяц, пока длится аукцион, цена вырастет. Тогда получится задонатить не только отдельным журналистам, но и целым редакциям.
Грачев рассказал корреспонденту Север.Реалии, что его напрягает и запугивание журналистов со стороны государства, и навязываемые правила, которые действуют в провластных СМИ.
– Власть пытается контролировать массовое сознание, без оглядки на мораль, – считает Михаил. – Зачем нам так усердно вдалбливают о внешних врагах? С недавних пор ещё и о внутренних. Россиян буквально насильно делят на два лагеря. Как в такой атмосфере не боятся и не унывать? Танцевать! Когда ты танцуешь, то априори не можешь быть несчастлив и напуган. Нужно оставаться оптимистами. Одна моя подруга рассказала мне про NFT. Как-то сама собой родилась идея сделать такой токен. Владелец получает права на музыку, слова, изображение и пожизненный респектище от меня. Как делать токен: выбрать площадку, зарегистрироваться и сделать. В СМИ есть пошаговая роспись, в том числе в русскоязычных.
Попытки, пусть и неосознанные, организовать новые виртуальные формы протеста в России были и раньше. Например, в 2017 году Алексей Навальный, будучи кандидатом в президенты России, провел стрим игры PlayerUnknown’s Battlegrounds, побив рекорд единовременного количества зрителей на канале одного игрока. "Играючи", он собрал 42 тысячи зрителей и параллельно занимался предвыборной агитацией.
Самый яркий пример – онлайн-митинги апреля 2020 года: с помощью функции "Разговорчики" в "Яндекс.Навигаторе" в Ростове-на-Дону жители организовали онлайн-протест у здания правительства против режима самоизоляции. Выбирая точку на карте, можно было написать там комментарий: такая функция была задумана для оценки ситуации на дорогах. Следом виртуальные митинги в "Яндекс.Картах" провели и другие города: Москва, Петербург, Нижний Новгород, Уфа, Красноярск. Призывы выходить на митинги против Владимира Путина появлялись в "Разговорчиках" еще 10 лет назад, после чего их начали модерировать.
Весной 2020 года в игре Minecraft "Репортеры без границ" построили онлайн-библиотеку материалов, попавших в разных странах под цензуру. Открыли ее 12 марта в День борьбы с киберцензурой. О цифровой торговле и виртуальных формах протеста Север.Реалии рассказал старший партнер проекта "Сетевые свободы" Станислав Селезнев.
– Кто у нас сейчас контролирует компьютерные игры? Никто, – говорит он. – Есть такая игра Counter-Strike, CS GO – там есть система тотализатора. Он позволяет делать ставки на спорт, бои, скачки, – все это формализовано путем покупки игровых скинов. Люди берут деньги в кредит, чтобы играть, дети воруют у родителей, чтобы поиграть. Формально это выглядит так: начинается обычный матч, команда А против команды Б, а на отдельном сайте есть пояснения. Покупая скин "Автомат Калашникова", вы ставите на лошадь номер 1. После того, как скачки заканчиваются, выигрывшим выдают скины определенной стоимости. То есть они выполняют роль купюр. Есть игра World of Tanks. В 2014 году там проходили чуть ли не митинги из-за ситуации на Украине, модераторам пришлось вмешаться. Это и есть те моменты, которые власти хотят контролировать. Но чаты в играх никто не фильтрует, переписка там не сохраняется. А в России есть законодательство, которое распространяется на соцсети, требуя от них фильтровать контент. Возникает ситуация, что гном с помощью эльфа может передать сведения, составляющие гостайну РФ, – примерно так это и будет выглядеть. Можно разместить информацию, где хранятся наркотики. Где-нибудь в драконьей пещере на северо-восточной стене есть информация о том, где закладки лежат. До начала 2020-х годов власти относились к этим виртуальным мирам и играм как к надписям на стенах в туалете, а фактически оказалось, что технологии позволяют гораздо больше. Даже больше, чем думали сами разработчики игр. Под метавселенными я как раз и понимаю онлайн-сервисы, совмещающие в себе функцинал нескольких сервисов Web 2.0. Web 2.0 – это то, что у нас есть сейчас, соцсети. Метавселенные – это Web 3.0: совмещает функционал соцсети с другим, например, с функционалом компьютерной игры.
Скучающие обезьяны, токен
"Вообще, метавселенные имеют шанс стать настоящим раем для обманщиков, манипуляторов и преступников. Создатели виртуальных миров слишком увлечены своей ролью демиургов и не думают о таких "мелочах", а юридические отделы корпораций выбирают практику ухода от ответственности, пользуясь тем, что ни в одном законодательстве мира нет понятия "метавселенная", – заявил заместитель председателя Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Антон Горелкин в своем Telegram.
– Как в правовой системе есть прецедентное право, так и здесь, – отвечает на такие заявления Екатерина Филатова. – В виртуальных пространствах стали говорить о харрасменте, и сразу же появился инструмент, например, у Meta в платформе Horizon: когда к вам подходит аватар, он теперь не может приблизиться или его руки не видны. Нет ощущения, что он до вас может дотронуться, если вы включаете эту функцию.
– Это право государства – пытаться влиять или контролировать происходящее, оно действует на опережение, – говорит Николай Дубинин. – Понятно, что нам хочется больше свободы. Но в новом интернете Web 3.0 действительно возможен виртуальный секс, торговля наркотиками и т. д. Потому что в интернете все это уже существует. Опасения государства абсолютно понятны.
Но власти уже сейчас не могут контролировать интернет, считает исполнительный директор Общества защиты интернета Михаил Климарев.
– Интернет является точкой боли российских властей: там кто-то что-то говорит, а у них 110 млн просмотров. Посадки за слова в интернете – Владислава Синицу, парня из Канска – это логика гостерроризма, – говорит Климарев. – У нас на сайте Общества есть карта посадок за слова. С 2015 года мы их собираем, их всего порядка 1,5 тысяч. То есть, с одной стороны, это безобидным не назовешь, как дело за А.У.Е в Екатеринбурге, а с другой стороны, это же мало. У вас больше шансов под машину попасть, чем вас посадят за твиттер. Я бы не стал говорить, что интернет "взят под контроль". Это избирательное правоприменение, которое используется для запугивания населения. Метавселенные сейчас на слуху, это стильно, модно, молодежно и инновационно. В реальности никто не знает, будут они или нет, но это же "не положено" в рамках мышления бюрократа: как это, оно вокруг меня пойдет? Они же должны оправдывать свое существование тем, что суются во все места. Вот Роскомнадзору поручили разобраться, что это такое: все говорят о них, а мы еще их не регулируем. Это то же самое, что по-настоящему сажать человека за взрыв здания ФСБ в Minecraft. Такой вот метамодернизм.
Карта посадок за слова
В Канске Красноярского края в июне 2020 года ФСБ арестовали трех подростков, которые расклеивали по городу политические листовки в защиту математика МГУ Азата Мифтахова. Одним из доказательством того, что они состояли в анархистской террористической ячейке, стало виртуальное здание ФСБ, которое подростки построили в игре Minecraft и взрывали.
"Пусть кто-то верит не мне, а правоохранительным органам, мне нечего стыдиться. Я никого не собирался взрывать", – сказал основной обвиняемый, 16-летний Никита Уваров в последнем слове на судебном заседании.
Первый Восточный окружной военный суд 10 февраля на выездном заседании в Красноярске признал Никиту Уварова виновным по статье ст. 205.3 УК – прохождение обучения для террористической деятельности – и приговорил его к пяти годам лишения свободы. Другие обвиняемые получили условные сроки.