В России нет еловых плантаций. Рождественские базары пополняются благодаря очистке дикого леса у линий электропередач, а супермаркеты завозят пихту из Белоруссии, Дании и Франции. В конце 2023 года экс-сотрудники закрывшегося российского отделения "Гринпис" выступили с инициативой открыть хвойные фермы на заброшенных полях. Север.Реалии разбирает, почему ни власти, ни предприниматели пока не берутся за бизнес, который может приносить несколько триллионов рублей ежегодно.
Питомник растений "Кедр", Ленинградская область
У руководителя магазина "ЕлкиВип.ру" Владислава Пухарева 22 рождественских базара в разных районах Москвы. На 90% они состоят из русской елки. Это дикорастущие деревья из Пермского края, которые владельцы сельскохозяйственных полей срубают, опасаясь штрафов: если земля зарастает, государство может ее изъять за неиспользование.
– У фермеров, как правило, есть договора аренды полей. Очень часто это личные подсобные хозяйства либо поля под осветление, прочистку, которые начинают потихоньку самосевом зарастать: сосна, ель. Если поле уже не поле, а лес, оно у вас перестает быть в аренде или в собственности. Законность вырубки этих деревьев мы не оспариваем. Рубят ли они реально с этого места либо другого, уже на их совести, – объясняет Пухарев. – Есть программы, когда лесхозы выращивают ели под линиями электропередач: там все равно чем-то надо засаживать, а потом спиливать, чтобы земля была нормальная.
Наталия Чудова
Остальные 10% – импортная пихта, которую выращивают фермерские хозяйства Дании.
– Пихты пышнее, они стоят три месяца в горшках. Их характерная особенность: они не осыпаются. Если хранить на улице, они прекрасно переносят зиму. Весной их можно пересадить на постоянное место, – рассказывает Наталия Чудова, сотрудница питомника "Кедр" в Ленинградской области.
В питомнике, по ее словам, до 80% проданных в декабре деревьев приходится на датские пихты Нордмана и Фразера. На них спрос круглый год, в том числе от муниципалитетов, храмов и ресторанов, которые заказывают озеленение и праздничные декорации.
– Сейчас наши елочки стоят в Эрмитаже! Скорее всего, они европейские. Для нас они едут все из Белоруссии, я не знаю, они откуда везутся, – говорит Ольга Позднякова, которая носится по питомнику с ростовой линейкой. В ноябре в "Кедр" из Белоруссии пришла фура с 800 датскими пихтами, срубленными и в горшках. Все они уедут по домам до Нового года.
Ольга Позднякова
Самое дешевое новогоднее дерево здесь стоит 1500 рублей – это русская елка высотой до полутора метров. Самое дорогое – трехметровая пихта Нордмана – 30 тысяч рублей.
– Мы трехметровую Данию два года назад продавали за 17 тысяч, а в этом году она 47! Чувствуете разницу? По сравнению со временем до "спецоперации" (власти и СМИ в России называют войну в Украине "специальной военной операцией". – СР) в два раза подняли цены на европейские рождественские деревья. В 2022 году стоимость вообще была космическая. В этом году чуть пониже доставка стала, но курс евро вырос. Спрос, конечно, меньше стал, потому что люди не привыкли: доходы не у всех растут, – отмечает Пухарев.
В апреле 2022 года после начала российского вторжения в Украину Евросоюз одобрил пятый пакет санкций, которым запретил экспорт в Россию посадочного материала, в том числе живых рождественских елей.
– Мы делали через белорусскую компанию. Датские елочки туда вывозятся и растаможиваются. И мы покупали елки уже в нашем таможенном союзе, – подтверждает Владислав Пухарев.
Ель за 37 рублей
В ноябре 2023 года с инициативой импортозамещения новогодних елок выступила ассоциация "Охрана природы", в которой работают в том числе сотрудники закрывшегося весной российского отделения природоохранного фонда Гринпис (Генпрокуратура РФ признала его нежелательной организацией, угрожающей "основам конституционного строя". – СР). Новая организация направила главе правительства РФ Михаилу Мишустину петицию с просьбой разрешить новогодние плантации на сельхозземлях.
Цены на елки в магазинах Петербурга
Высокая стоимость деревьев на новогодних базарах вынуждает население рубить деревья в лесу без разрешения, считают экологи. А тощая хвоя, выросшая у ЛЭП, русскому потребителю не интересна.
"Уже нескольких десятилетий органам управления лесами и правоохранительным органам РФ приходится тратить значительные силы и средства на охрану лесов и зеленых насаждений от самовольных рубок хвойных деревьев для новогодних праздников. В предновогодний период 2022 года проведено около 48 тысяч рейдов, было выявлено более 2,5 тысяч незаконно срубленных новогодних деревьев. Главным источником этой проблемы является дефицит качественных хвойных деревьев, специально выращенных для новогодних праздников", – говорится в петиции.
В 2023 году таксовая стоимость дикой елки в российских лесхозах составляла 37 рублей, говорится в петиции. Несмотря на бросовую цену, отправиться за деревом в загородный лесхоз с собственной пилой, автомобилем и разрешением от инспектора соглашаются единицы. Далеко не все граждане, желающие отметить новогодние праздники с красивым хвойным деревом, могут позволить себе дорогую импортную пихту – и иногда решают эту проблему за счет рубки самых красивых и здоровых деревьев в ближайшем доступном лесу, утверждают экологи.
Ассоциация считает, что решением проблемы станут специальные "новогодние" плантации на заброшенных сельхозземлях, которых в России сегодня более 45 миллионов гектаров. Экологи попросили Мишустина принять "незамедлительные меры по созданию условий для развития лесоводства" на таких участках.
– Если во всем цивилизованном мире выращивание новогодних деревьев – это традиционное занятие именно фермеров, именно на сельхозземлях, то почему у нас должно быть по-другому? Просто это долгий и высокопрофессиональный бизнес, поэтому фермерам нужна уверенность, что даже через несколько десятилетий никто у него плантацию не отберет или не заставит деревья уничтожить. У нас такой уверенности нет – вот никто и не занимается, – комментирует координатор лесной программы ассоциации "Охрана природы" Алексей Ярошенко. – Еще каких-то полтораста лет назад свободное изменение вида использования земли от сельского хозяйства к лесу и обратно было нормой. Просто наши чиновники боятся, если фермерам и сельхозпредприятиям дать слишком много свободы – их тяжелее будет "кошмарить", ведомства потеряют часть своего влияния.
Питомник растений "Кедр"
Потенциальный рынок новогодних растений в России составляет более 1 млн деревьев за сезон, подсчитал Ярошенко. При стоимости одной ели в 2 тысячи рублей ежегодная прибыль от плантаций может составить несколько триллионов.
– Для десятков тысяч фермерских хозяйств и небольших сельхозпредприятий, особенно в Нечерноземье, выращивание новогодних деревьев могло бы стать спасением от разорения и смерти. Но, конечно, чем дольше продержится запрет – тем больше будет тех, кто такого спасения не дождется, – добавил Ярошенко.
В конце 2023 года лесхозы Ленинградской области вырубили 16,5 тысяч елей, сообщил региональный комитет по природным ресурсам. Деревья отправились на базары у метро, а также домой к жителям, которые приехали за елкой самостоятельно. За 20 лет спрос на елки упал в 3 раза. Для сравнения, в 2003 году лесхозам удавалось продавать в Санкт-Петербург 45 тысяч деревьев.
– Для тех, кто хочет торговать елками в городе у метро, определяются участки, проводится аукцион. Помню год – никто не захотел заявляться на рубку елок по этой программе. И елки, что торговались в Петербурге, были и самых разных областей, кроме Ленинградской, – вспоминает представитель правительства Ленобласти.
Владислав Пухарев не верит, что в России могут появиться инвестиционные проекты по выращиванию новогодних елей, даже если власти разрешат такие фермы.
– Это непростой и серьезный бизнес – вырастить качественную пихту. В Европе это целое производство, потому что нужно и удобрять, и стричь правильно. Наши пока этого делать не умеют. От момента, как вы посадили елку, до первой продажи может пройти десять лет. Российский менталитет – он другой. Мы привыкли к быстрым деньгам. Мы не хотим вкладываться и ждать деньги через десятилетие. У нас инфляция выше и семейные ценности другие. В Дании этим занимаются семейные кланы: когда они создают плантации, понимают, что этим будут заниматься потом их дети, – считает эксперт.
Пихта требует мягкого климата, который характерен для Европы.
– Почему они в Дании выращивают: там влажность, постоянные дожди, но при этом у моря температура не падает ниже десяти градусов. За последние годы климат, в принципе, изменился, сейчас уже и в Австрии, и в Польше, и в Германии выращивают. Пихты Нордмана изначально выращивали в Краснодарском крае, она же по-другому называется – "кавказская пихта", но там бывает засуха летом, и в жаре ей плохо. Можно пробовать выращивать где-то в Псковской области, в Воронежской, рядом с Краснодаром. У меня растут пихты Нордмана во дворе, которые я десять лет назад посадил, я каждый год их подсаживаю: еще ни одна не погибла, но опять-таки не было морозов до минус 35 градусов и зимы были снежные, – добавляет Пухарев.
Цены на живые елки в питомнике
В России по закону елки и сосны в "промышленных масштабах" должны расти только на землях лесного фонда – в лесах. Земли лесного фонда в России охраняются государством. Рубки для собственных нужд на них разрешены в нескольких случаях: можно заготовить дрова, заключив договор с лесным хозяйством и уплатив их стоимость, а также вырубить хвойное дерево в период с 1 декабря до 10 января по договоренности с инспектором. Новогодние деревья, растущие у линий электропередач (ЛЭП), отпускаются за символическую плату, так как они будут уничтожены в любом случае государственными служащими.
Земли сельскохозяйственного назначения в России используются для выращивания сельхозкультур – овощей, фруктов и ягод, кормов для животных и выпаса скота. Согласно действующему законодательству лесные плантации не входят в число разрешенных видов использования сельхозземель. Если участок зарастает кустарником, лесом или приходит в негодность под земледелие, на собственника накладывается штраф. После нескольких нарушений землю могут изъять из частной собственности. Это вполне реалистичный сценарий, учитывая, что земли сельхозназначения часто достались в собственность гражданам после разделения на паи бывших колхозов и совхозов: не у всех собственников земельных участков размером 4–6 га есть средства и силы на обработку земли. Такие нераспаханные участки, как правило, зарастают лесом.
Смотри также "Будем меньше есть". Можно ли верить цифрам Росстата