В конце года люди обычно подводят итоги и задумываюся о том, что сулит им наступающий год. Корреспонденты Север.Реалии выясняли, как смотрят на прошлый год и чего ждут от ближайшего будущего историки, правозащитники, адвокаты, политики – все те, для кого не безразлично, какой будет Россия.
Дмитрий Травин
Для известного петербургского политолога Дмитрия Травина главным событием года стало начало войны, а от будущего он ничего хорошего не ждет.
– Я думаю, что проблемы будут только нарастать, и я пока не вижу каких-то обстоятельств, которые могли бы их смягчить, – говорит Травин. – Конечно, многочисленные предсказания о том, что все у нас скоро рухнет, были ни на чем не основанными, но все равно нарастание проблем совершенно очевидно. В экономике, я предполагаю, по итогам года будет более серьезный спад, чем в официальных цифрах. Надеяться, что доходы населения останутся хотя бы на прежнем уровне, в этой ситуации трудно. А вместе с социальными и экономическими проблемами будут нарастать и все остальные, все же связано с экономикой и уровнем жизни.
– Не имеете ли вы в виду, что русский народ, за уникальное терпение которого с такой радостью когда-то пил Сталин, наконец, это терпение начнет терять?
– Честно говоря, я не размышляю в таких категориях, в каких размышлял Сталин. Вопрос о терпении – это такой художественно-мифологический вопрос. Существуют конкретные формы, которые способны изменить ситуацию, но ничего из того, что могло бы сработать, сегодня у нас в арсенале нет. Невозможны ни демократические, ни какие-то иные способы изменения ситуации. Поэтому кто-то терпит, кто-то впадает в истерику, кто-то в депрессию, но позитивных изменений не происходит. Вообще, социальные изменения не происходят по принципу "терпение лопнуло – и теперь что-то изменится". Поэтому я думаю, что и в следующем году проблемы будут множиться, а общая социально-политическая картина останется прежней.
Борис Вишневский
Для депутата Законодательного собрания Петербурга, "яблочника" Бориса Вишневского тоже в 2022 году не было ничего важнее войны в Украине, на фоне которой его поразила податливость огромной части общества к пропаганде, к выдаванию черного за белое.
– Мне все же казалось, что в мире интернета люди должны быть более устойчивыми ко лжи и дезинформации, но оказалось, что многих очень легко сбить с толку, – с сожалением замечает Вишневский. А вот то, что мобилизованные так покорно идут в окопы, его не слишком удивило.
– Всегда, и в советские времена, люди шли в армию и воспринимали это как неприятную, но обязанность. Сейчас многие надеются, что их это обойдет стороной, а другие сами охотно подписывают контракт, надеясь заработать, особенно если они из депрессивных регионов, где ни денег, ни работы, ни перспектив, ничего. Мне приходит очень много обращений от родственников мобилизованных в Петербурге, у которых проблемы со здоровьем, но в надлежащем медосвидетельствовании им отказывают. Кому-то удается помочь, кому-то нет. Я бы очень хотел, чтобы в будущем году все закончилось, и "Яблоко" много раз говорило, что начинать надо с соглашения о прекращении огня, потому что только в этих условиях можно вести переговоры и все обсуждать. Но прежде всего – перестать убивать каждый день. Часто этого не понимают люди, которые сами – не в окопах.
Максим Резник
Бывший депутат Законодательного собрания Максим Резник, в последние годы очень резко выступавший публично против политики российских властей и против петербургского губернатора Беглова, наоборот, считает такие предложения “Яблока” вредными и неприемлемыми. Что же касается итогов года, то он предпочитает говорить, скорее, о людях года.
– Вот Аббас Галямов предложил недавно считать человеком года Пригожина, но я бы уважаемого политолога поправил: Пригожин – это упырь года, а человек года – это Илья Яшин, пусть я тут и необъективен, он мой близкий друг, мы знакомы более 20 лет, – говорит Максим Резник. – И вообще, я считаю, что главный наш капитал, моральный, нравственный, человеческий – это Навальный, Яшин, Кара-Мурза, Чанышева, Пивоваров и другие мои товарищи – это лучшие люди страны. Это ее золотой фонд, это люди, которые, я надеюсь, будут иметь отношение к руководству нашей многострадальной родины, будут вытаскивать ее из того дерьма, в которое Путин ее погрузил.
Главное личное событие года для Максима Резника – необходимость уехать из России, связанная с возбуждением в отношении него уголовного дела по "наркотической" статье, которое и сам депутат, и его адвокаты, и правозащитники считали сфабрикованным по политическим причинам – из-за желания заставить замолчать слишком резкого критика власти.
– Конечно, непросто быть вдали от любимого города. Глядя в будущее, в следующий год, я думаю, что фактор войны продолжит играть свою роль, как историк я знаю, что у истории есть свои законы, и стареющий, деградирующий фашизоидный маньяк, который хотел устроить маленькую победоносную войну, вляпался в большую катастрофу. Война будет сокрушительно проиграна, и более того, мы все должны стараться, чтобы так и произошло, потому что только в этом возможность возрождения страны.
Ольга Романова
Для правозащитницы, главы фонда "Русь Сидящая" Ольги Романовой самым значимым событием 2022 года стало отправление заключенных на войну.
– Для меня это сначала была просто личная катастрофа, – признается Романова. – Потом я поняла, что надо их отбивать. Я, в общем, довольна окончанием года, потому что если раньше вербовали по 500 человек с зоны, то теперь 20–30. Это серьезное снижение. Еще одна тема – я не знала, что такое вообще может быть на свете – это гражданские пленные из Украины. Я считаю гражданскими пленными 2500 заключенных Херсонской области, перевезенных на территорию России и, конечно, людей, не прошедших фильтрацию, потому что они когда-то служили в полиции или в АТО. По всем международным конвенциям они считаются гражданскими, и только российская власть считает их военнопленными. Я не ожидала, что я буду жить жизнью украинцев, и они станут для меня … хочется сказать родными, но я просто не имею права так говорить.
Второе большое событие для Ольги Романовой – это потеря родины, которую она, судя по всему, переживает очень тяжело.
– Я теперь человек без родины, потому что понятно, что я не смогу вернуться, пока Путин жив и пока процветает вся эта камарилья. Я завидую людям, у которых родина есть, я вижу, как украинцы бьются за родину, как они хотят вернуться и любят ее. Я не хочу бороться за свою родину. Это смерть. Просто умер какой-то близкий человек. И ничего не сделаешь. Да, Путин говорит, что 99,9% россиян готовы пожертвовать собой, но я прекрасно вижу, что это неправда, но в то же время довольно много людей действительно поддерживают войну. Я не хотела бы возвращаться в страну, где живут фашисты. Я очень надеюсь, что в будущем году не будет Путина. Я уверена, что очень многое завязано именно на нем. И даже если следующий крокодил будет худший крокодил, то все равно очень многое изменится. Я верю в чудо, хотя он, конечно, гад крепкий. Будет борьба за власть. Есть люди из его окружения, которые не выживут при любом другом президенте. Это, например, Пригожин. Или Кадыров. Или Медведев. Он будет послан тут же. У каждого из них, конечно, сейчас очень большое желание выжить, то есть самому стать президентом. Начнется такая сексуально-ролевая игра жабы и гадюки. Думаю, что россияне в это время откроют бутылочку вина и будут наблюдать за этим. К сожалению, изменение сознания россиян само не произойдет, это как онкология. Тут нужно будет проводить очень долгое лечение, само не рассосется.
Игорь Сажин
Правозащитник из Коми, историк Игорь Сажин считает, что в этом году нет ничего главнее того, что произошло 24 февраля, что каждый день и каждую секунду все измеряется только через призму этого события, которое заставляет думать об этом постоянно.
– Я думаю довольно простые вещи – не только моему поколению, но и поколениям двум, если не трем, жизнь очень сильно испоганили, – говорит Сажин. – Что в культурном плане, что в экономическом такая жопа настанет, что будет невозможно. Нас сейчас может спасти только прилет инопланетян. А так мы просто попали в ситуацию, когда мы – все население России – будем ответственны за происходящее. И неважно, кто принимал решение. Мало того, как только внешнее напряжение упадет – переговоры какие-то наступят – произойдет колоссальный отток людей, которые были в самой горячей точке напряжения. Все эти вооруженные люди с культурой насилия вернутся назад. Я вообще не завидую нашей полиции, у них будет столько проблем, что они не разгребут. Эти проблемы будет решать само население. А решать оно будет так – противопоставлять свое насилие. Его градус резко вырастет. Пока мы находимся в состоянии подготовки к мощнейшей плате за все происходящее.
– Почему вы думаете, что у россиян не будет запроса на мир и ненасилие? Усталости от войны нет?
– Усталость есть от внешних факторов, а внутренние только разгораются – все друг другу угрожают, обвиняют. Тем более что огромная часть населения считает себя в некоторой удаленности, и власть отгораживает людей от этого внешнего насилия. Они пользуются только пропагандистскими конструкциями, но близко это не ощущают. Когда это все придет, боюсь, там будет очень интересно. Я очень серьезный оптимист, но в нынешней ситуации я не понимаю людей, которые считают, что мы справимся. Ни фига мы не справимся! То, что сейчас происходит, – это цветочки. Впереди ждет самое худшее. Мы будем вынуждены ответить на вызов – давать личные ответы, разгребать, прощать. Потому что без прощения мы это не вынесем.
Мария Бонцлер
Адвокат из Калининграда Мария Бонцлер сотрудничает с правозащитным проектом "ОВД-Инфо" и чаще всего защищает жителей региона, которым вменяют политические статьи. В Калининграде она, по сути, единственный адвокат, который берется за такие дела. После антивоенных акций протеста в феврале-марте она представляла в суде интересы 40 калининградцев, которых обвиняли в дискредитации Вооруженных сил за выход на антивоенные акции.
Летом 2022 года Марию Бонцлер оштрафовали на 60 тысяч рублей по двум протоколам о "дискредитации" армии. Они появились после открытых судебных процессов, на которых она произнесла слово "война". Донос на Бонцлер написала судья.
– Я много лет работаю адвокатом, провела много политических процессов и всегда говорила все, что я думаю. И никогда не могла подумать, что судьи могут стать доносчиками, – недоумевает Бонцлер. – Что они возьмут протоколы судебных заседаний, отнесут их в прокуратуру, оттуда в полицию, а полиция передаст их в суд. А я буду осуждена за то, что исполняла свои обязанности защитника... Наш президент все-таки назвал ее войной. Я жду, что наши суды будут внимательны и снисходительны к людям, которых судят по этим статьям, не будут сажать их на семь и девять лет. Мне очень хочется, чтобы в нашей стране преобладало правосудие, а не политические решения. Я думаю о том, что может случиться со мной. Потому что как только решения по моим судам вступят в силу, то любое мое слово может привести к уголовному делу. И другие адвокаты тоже не зря опасаются такого развития событий. Я просто не знаю, как мы будем защищать людей, если под ударом оказалась адвокатура. Я, конечно, очень разочарована в народе моей страны, но я всегда верила, что этот народ – великий и, в конце концов, разберется и встанет с колен. Только на это и надежда. Свои проблемы мы должны решать сами, никто нам не поможет.
Евгений Доможиров
Политик из Вологды Евгений Доможиров тоже считает, что за 2022 год не произошло ничего более значимого, чем война, и вслед за нею главным событием лично для себя он считает свой вынужденный отъезд, который полностью изменил его жизни – по сути, его семье пришлось начать все заново.
– Уже сейчас понятно, что эта война не закончится быстро и ее последствия тоже. Сейчас я начинаю в гораздо большей степени думать о детях, о семье, о чем-то, чему в политический период моей жизни я уделял меньше внимания.
Если говорить о 2023 годе, то самое большое ожидание – окончание войны. Оно немножко романтическое, но все же, политическое чутье мне подсказывает, что она не кончится даже в 2023 году. Украине надо накопить сил, Путин просто не может уступить, а российский народ не готов понять, что главный его враг – в Кремле и нужно развернуть оружие в другую сторону. Я задаюсь самым главным вопросом и не могу на него ответить: что вообще такое победа? Как они себе ее представляют? Зачем им эта война? У них есть в головах некое "надо защищать родину", а от кого – непонятно. Она не нужна никому, кроме Путина, ради спасения самого себя. Это осознание может прийти к людям, но не факт, что в 2023 году. Даже проигрыш России в войне не говорит о том, что Россия избавится от фашистской диктатуры. Может случиться так, что война будет проиграна, а Путин выживет. Тогда диктатура будет еще более страшная. Пропаганда объяснит, что это временный проигрыш, что это не Акела промахнулся, это кто-то другой виноват, надо собраться и победить внутренних врагов. Я надеюсь на что-то хорошее, но я не оптимист.
Полина Осетинская
Известная пианистка и общественный деятель Полина Осетинская замечает, что в уходящем году главное для нее было – не сойти с ума.
– У меня состоялись важные концерты, но то, что часть моих выступлений были отменены, запрещены в России, стало для меня потрясением, – говорит Осетинская. – От нового года я ничего уже не хочу, ничего не жду. Кто-то уже пошутил, что главное обращение к 2023 году: "Пощади!" Я, конечно, жду как можно скорее окончания военных действий, но что-то в последнее время степень отчаяния достигла такого градуса, что мне стало казаться, что это надолго. Что касается меня, то я нахожусь в России и поэтому не хочу никаких публичных высказываний – я вынуждена говорить так, чтобы меня не посадили в тюрьму. Все мои публичные высказывания я делаю с помощью музыки.