Сегодня в связи с военными действиями в Украине обострились давние споры о русском и украинском языках: какой из них старше и "главнее". Корреспондент Север.Реалии поговорил о судьбах русского и украинского языков с петербургскими филологами Михаилом Поповым и Светланой Друговейко-Должанской.
И с российской, и с украинской стороны сейчас можно услышать весьма политизированные заявления в области языка. Российская пропаганда нередко называет украинский язык искусственным, сконструированным и даже "недоязыком". Украинская сторона не остаётся в долгу, заявляя о преемственности нынешней Украины и древней "Украины-Руси", в связи с чем и русский язык можно считать чем-то вроде испорченной восточными влияниями версии украинского. На самом деле и те и другие далеки от истины, считает филолог Михаил Попов.
– Как ни странно, древнерусский язык первоначально разделился не столько на русский, украинский и белорусский, сколько на псковско-новгородский и всё остальное. Там были очень серьезные различия, причем по некоторым языковым чертам этот диалект противостоял всем славянским. А это уже подрывает концепцию общевосточнославянского единства. И именно древненовгородский диалект имел все шансы выделиться и развиться в самостоятельный язык, мы видим признаки этого процесса по древним документам. Но постепенно этот древний псковско-новгородский диалект сближался с остальными восточнославянскими диалектами, и он в них растворился, – поясняет он.
Филолог Светлана Друговейко-Должанская тоже считает, что новгородский диалект был близок к украинскому языку, и следы этой близости можно проследить.
Светлана Друговейко-Должанская
– Была такая буква ять (ѣ), обозначавшая особый звук – е после мягкого согласного в современном русском языке. Мы говорим снег и хлеб, раньше они писались через ять, а в украинском это снiг и хлiб – другие рефлексы, но так же было и в новгородском диалекте. Однако он со временем приблизился к литературному русскому языку, а украинский как раз выделился в самостоятельный язык. Тут тоже видят повод для политических спекуляций: раз выделился, значит, он его часть – да не он выделился, а они разделились, пошли разными путями.
По словам Друговейко-Должанской, украинский язык, возможно, в большей степени сохранил некоторые особенности общего для восточных славян древнерусского языка.
– Например, в украинском языке есть звательный падеж, который в современном русском утрачен. Когда Пушкин писал "Чего тебе надобно, старче?" – это форма звательного падежа от слова старик. В украинском есть слово друже – это друг в звательном падеже, который был в древнерусском, есть и в современном украинском.
– И вообще, кажется, какая разница, кто раньше, кто позже сформировался? Почему надо отказывать кому-то в праве на язык, на государственность, на нацию, потому что они сформировались позже?
– Как именно происходило разделение языков, пока науке неизвестно, – замечает Попов. – Но украинцы все время жили на своей территории, и, в отличие от русских, так широко не распространялись, и эта компактность в некотором смысле позволяет говорить о том, что украинский язык и украинский этнос более или менее привязаны к своей древней территории, где был Киев. Если брать древлян и другие племена, которые упомянуты в летописях, полян особенно, это вот как раз киевское племя. У нас тоже существует версия, что русский язык – самый древний, есть бредовые идеи, и в книжных магазинах представлена такого рода псевдонаучная литература. Видимо, людей вдохновляет, что у них там древность какая-то особая, мне это не очень понятно.
– И откуда они пришли в эти места, тоже до сих пор спорят.
–Да-да, это тоже, кстати, спорный вопрос, есть разные версии насчет славянской прародины, откуда и когда шла колонизация конкретных территорий. Более или менее ясно, что в процессе расселения и земледельческой колонизации Восточной Европы славяне двигались с юга и запада на север и восток, династия-то варягов Рюриковичей пошла с севера, они контролировали торговые пути, важнейший из них Днепровский – "из варяг в греки", то есть из Скандинавии в Византию. Потом они стали сотрудничать, скажем мягко, со славянами, и первой столицей, ну, не столицей, а местом, где у них была большая стоянка, была, видимо, Старая Ладога. Потом был построен Новгород. И оттуда они постепенно спустились через Смоленск по Днепру на юг и в конце IX века при князе Олеге захватили Киев, обосновались в нем и сделали его уже более или менее официальной столицей, так сказать, "матерью городов русских". Это общепринятая версия, хотя, может быть, не все историки с этим согласятся.
Ученица на уроке украинского языка. Украина
– На самом деле происхождение никого не умаляет. А откуда, кстати, эти названия: Малороссия, Великороссия, Белоруссия?
– Они не имеют никакого отношения к величине территории. Наоборот, название Малая Россия – это калька с греческого термина, использовавшегося в византийских документах и означавшего метрополию, центр, из которого идет колонизация, а Великая Россия – это колонизованная территория, новая по отношению к центру. Это как Москва и Большая Москва, с пригородами. То же самое в Польше, там Малая Польша – это центр польского государства, откуда шло распространение – Великая Польша. То же самое Великобритания – колонизация Британских островов шла из Бретани (Малая Британия), полуострова на северо-западе современной Франции, а колонизованная территория стала называться Великой Британией.
– Какие, однако, шутки шутит с нами язык, какие смыслы выдает! А в каких греческих документах Малороссия – это метрополия?
– Это документы канцелярии константинопольских патриархов. Ведь христианство пришло к нам из Византии, и митрополитами были долгое время греки, и, естественно, документация была византийская. До нас дошли документы XIV века, где упомянуты Μικρά ῾Ρωσσία (Микра Россиа) и Μεγάλη ῾Ρωσσία (Мегале Россиа), что, собственно, и значит "Малая Россия" и "Великая Россия". Сами термины имели, прежде всего, административно-конфессиональное содержание и отражали направление церковной колонизации, как она виделась из Константинополя.
– А Белая Русь тогда откуда?
– Белый – это в символике цветов обозначение Запада, это западная часть Руси. Вот Белое море – кажется, что оно вроде бы находится на севере, но это если смотреть из Петербурга, из Москвы, а на самом деле, это название связано с тем, откуда колонизация шла: на Белое море вышли с востока на запад, поэтому море стало называться Белым. А черный цвет – это север, отсюда Черное море: греки, которые там появились, направлялись туда с юга на север. Черное море – термин, естественно, не русский, а калька с греческого, он и в латинском языке есть (Mare Nigrum). Такая пространственная символика цветов, она не только славянская, она широко распространена. Юг – это красный, и вот есть Красное море, которое для греков было на юге.
– А восток – это какой цвет?
– Восток – голубой. И все зависит от того, из какого места смотреть.
– Как много объясняет география – но давайте все-таки вернемся от нее к языку, а по сути к истории: как и когда появился русский язык, с какого времени можно говорить о том, что существуют два различных языка, русский и украинский?
Ребенок сирийских беженцев, обучающийся русскому языку. Россия
– Русский литературный язык Нового времени складывался в XVIII веке в результате соединения книжного церковно-славянского языка и московского диалекта, просторечья. Можно сказать, что современный русский литературный язык через посредство церковнославянского – по прямой линии потомок старославянского языка, возникшего в середине и 2-й половине IX века в процессе переводческой деятельности Кирилла и Мефодия. Пожалуй, это единственный современный славянский язык, который ведет свою родословную от первого литературного языка славян – старославянского.
– А современные украинский и белорусский языки?
– Они начали формироваться несколько позднее, в XIX веке. И что еще важнее, не на основе предшествовавшего письменного языка, а исключительно на диалектной, народно-разговорной основе. Так, украинский – главным образом на базе юго-восточного наречия, на нем говорят в центральной и восточной частях Украины, в Киеве и южнее, в Черкассах, в Полтаве. И, естественно, литературные языки в результате оказались довольно различными. Но в целом между русским и украинским языками нет такой резкой границы, это такой диалектный континуум восточнославянский. И долгое время, особенно в XIX веке, считалось, что нет никакого украинского языка, а есть три “русских” языка: малорусский, белорусский и великорусский, – так и говорили лингвисты XIX века.
– И они считались равными или какой-то "равнее"?
– Дело в том, что украинский и белорусский еще не были такими разработанными, кодифицированными литературными языками в то время, а русский уже был. И иностранцы воспринимали эти восточнославянские языки как русский язык с разными диалектами. В начале XIX века стало развиваться славянское историческое языкознание, когда вообще у людей появился интерес к своей истории, к своим языкам, к диалектам, к фольклору. Он появился практически у всех славян, и не только у славян, конечно. Ведь восточные славяне жили и в империи Габсбургов – те же украинцы, собственно. И когда появился этот интерес, то русский литературный язык, язык Державина, Крылова, Карамзина, Пушкина воспринимался как такой литературный представитель всех восточнославянских языков. Конечно, в этом был имперский подход, но, в принципе, под ним есть определенная реальная основа. Просто русский литературный язык уже сформировался или заканчивал свое формирование как нормированный литературный язык, ведущий свою литературную традицию с XVIII века, а украинский такой традиции не имел.
– А белорусский язык?
– О белорусском поначалу вообще никто не говорил, его часто даже не называли в качестве отдельного языка. По мере изучения положение менялось: стали говорить о белорусском наречии русского языка. В целом же русский, украинский и белорусский языки рассматривались в XIX веке как великорусское, малорусское и белорусское наречия русского языка, а древнерусский язык считался общим языком, из которого все они вышли. Это была традиционная концепция, вполне официальная. А потом, когда изменились названия языков, появились термины "русский", "украинский" и "белорусский", то термин "древнерусский" естественно стал ассоциироваться только с русским языком. То есть в основе разговоров о том, что никакого украинского языка нет, а это какой-то русский язык, "испорченный" польским, или просто диалект русского, лежат взгляды, широко распространенные в XIX веке. Потому что польское влияние, действительно, было сильное, и не только на украинский и белорусский, но и на русский язык, поэтому и возник этот искаженный взгляд на отношения между языками. А в ХХ веке, когда названия языков изменились – русский, украинский и белорусский, тогда стала меняться и терминология: вместо термина "древнерусский", ставшего двусмысленным, все чаще стали употреблять термин "общевосточнославянский".
Акция "Тотальный диктант" по русскому языку
– Современная наука вообще понимает, откуда произошли все славянские языки?
– Мы знаем точно, что все современные славянские языки – русский, украинский, белорусский, польский, чешский, сербский, хорватский, болгарский, македонский восходят к одному общему предку – праславянскому. И все историки славянских языков согласны, что был праславянский язык, который постепенно делился на разные славянские языки. И мы знаем конечную точку этого развития – современные славянские языки, – говорит Михаил Попов.
С этой концепцией согласна и филолог Светлана Друговейко-Должанская.
– Праславянский язык существовал примерно с I–II века до нашей эры – это первая точка опоры в этом вопросе. Вторая бесспорная точка – что сегодня существуют разные славянские языки, среди восточных это русский, украинский и белорусский. Дальше существуют разные точки зрения, но основная состоит в том, что существовал некий общий для восточных славян язык, и для выделения того или иного языка или группы языков существует масса критериев, не только политических или этнографических, но и лингвистических. Нужно найти общие для этой группы языков лингвистические процессы, и для восточнославянских языков я бы выделила полногласие. Сочетание гласных с согласными р и л по-разному изменялись в разных языках. Если мы сравним немецкое milch, болгарское мляко и украинское и русское молоко, то мы обнаружим, что в немецком гласный стоит до л, в болгарском после л, а в украинском и русском согласную л окружают гласные о. Это пример полногласия, по которому можно выделить восточнославянские языки, долгое время считавшиеся одним – древнерусским. И этом названии нет ничего обидного для украинского и белорусского языков, поскольку главное в этом термине – древний: общий для народов, населявших территорию Древней Руси.
– Предполагается, что древнерусский язык, или, как теперь говорят, общевосточнославянский – это промежуточное звено между праславянским и тремя современными восточнославянскими языками, их общий предок, существовавший с IX до XIV века включительно, – говорит Михаил Попов. – И этот древнерусский язык связан не только с русским: все три языка восходят к этноязыковому единству. Оно укреплялось единой религией, единой церковной иерархией, которая начиналась в Киеве: был митрополит Киевский, и единое государство называлось Русь. Историки называют ее сейчас Киевская Русь или Древняя Русь, но они себя сами так не называли, конечно, не говорили, что "мы живем в Киевской Руси".
Участницы акции в поддержку украинского языка у Украинского дома, 2012 год. Украина
– Да, как и древние греки не жили в Древней Греции.
– Конечно. Когда древнерусские князья воевали с половцами, половцы не говорили "древние русичи идут". Кстати, этноним "русичи" встречается только в одном древнем тексте – "Слове о полку Игореве", больше его нигде нет. Возможно, русичи – это поэтический синоним этнонима русь. В украинских фольклорных текстах встречается похожий – русовичи. Был этноним русь – собирательное существительное, и, соответственно, все восточные славяне считали себя русскими. И когда на основе древнерусских диалектов постепенно начали формироваться новые языки – русский, украинский и белорусский, их носители продолжали называть себя русью, русинами. Живший в XV веке тверской купец Афанасий Никитин называл себя русином. Когда в XV–XVI веках три восточнославянских этноса и языка довольно сильно разошлись, естественно, никто по радио и в газетах не объявлял, что мы, мол, теперь русские, украинцы и белорусы, все продолжали себя называть по-прежнему, а соседей как-то иначе.
– А что стало со старобелорусским языком?
– Старобелорусский язык, который был литературным и деловым языком в Великом княжестве Литовском, не лег в основу белорусского или украинского языков, он был вытеснен польским, особенно после унии с Польшей, и исчез. А уже потом, в XIX веке, на базе своих диалектов стали формироваться современные украинский и белорусский литературные языки. Есть довольно четкая политическая граница, по одну сторону – в Московской Руси – жили люди, говорившие на собственно русском (великорусском) языке, а по другую – в Литовской Руси – находился комплекс украинских и белорусских диалектов, но сами эти языки не очень четко отделялись друг от друга в силу социально-политических условий.
– А что бы вы сказали тем, кто сегодня предпочитает вспоминать старинную точку зрения, что нет никаких трех языков, есть один русский?
– Это была официальная государственная точка зрения в XIX веке, когда началось изучение восточнославянских языков: что это просто три диалекта русского языка. И на славистов эта официальная точка зрения сильно влияла. Но на самом деле под диалектами ученые фактически понимали языки. Потому что в малорусском (украинском) языке были северномалорусский, южномалорусский и другие диалекты. И в русском языке были северорусские, южнорусские, среднерусские говоры, и между ними были довольно сложные отношения. То есть говорили о наречиях, а имели в виду языки, ведь эти наречия не имели литературной обработки – кроме русского.
Ученик во время ответа у доски на уроке русского языка. Россия
– Русский язык раньше всех оформился как литературный?
– Ну, конечно. Когда мы сравниваем современные восточнославянские литературные языки, мы найдем между ними значительные различия. А если мы возьмем весь комплекс их диалектов, то окажется, что огромное количество слов или каких-то языковых явлений встречается и в говорах других языков. Это объединяет все восточнославянские диалекты, а в литературную норму из этих диалектов были отобраны разные явления.
– Это, видимо, уже такие дебри, в которых черт ногу сломит.
– Да. И вопрос – что это, еще диалект или уже язык – он на самом деле очень сложный. Здесь все определяется языковым сознанием носителей языка, точнее, даже этническим. На каком-то этапе люди начинают понимать, что они "другие"… А как это мы можем узнать, когда речь идет о давно прошедших временах? Это проблема уже не лингвистики, а истории. А этноним "украинцы" как раз довольно поздний, он стал распространяться с XVII века. Первоначально слово "украина" имело в древнерусском языке значение "окраина, пограничная местность". Именно в таком значении оно отмечается в летописях с XII века. В XVI–XVII веках название "украина" стало закрепляться за казацкими территориями между Польшей и Запорожской Сечью, которая была ядром формирования украинского этноса. Так что важную роль играют и политические границы. Знаете, у лингвистов популярен такой афоризм: "Язык – это диалект с армией и флотом".
– То есть наличие языка зависит от государства.
– В какой-то степени да. В Российской империи так и было – у русского языка "была армия и флот", поэтому близкородственные языки считались диалектами.
– То есть не только право на занятие определенной территории, но и право на язык, оказывается, тоже надо завоевать, закрепить за собой. А откуда эта версия, что австрийский генеральный штаб в XIX веке создал украинский язык?
– Создать он не мог, это абсурдная идея. Но дело в том, что в Российской империи осуществлялась политика притеснения украинского языка. Например, по так называемому Валуевскому циркуляру 1863 года запрещалось издание книг на украинском языке, кроме произведений художественной литературы. Особенно преследовалось печатание с использованием латинской графики (боялись полонизации). А в Австро-Венгерской империи, где в Галиции проживало много украинцев, а также чехи, поляки, южные славяне, – там, частично в пику Российской империи эти языки поддерживались. Там развивалась и особая форма украинского литературного языка на базе западноукраинских диалектов. Все это политика: две империи соперничают за славянское население. Поскольку украинцы в Галиции называли себя русинами, русские националисты часто говорят, что это все русские. Кстати, в некоторых западноукраинских диалектах руський – это значит "украинский". И когда "Тараса Бульбу" перевели с русского на украинский, слово "русский" в гоголевском тексте перевели словом "украинский". Но у Гоголя в "Тарасе Бульбе" идет речь об украинцах, так что, в принципе, это имело смысл. Это же были не русские люди, все-таки это были украинцы, запорожские казаки. Тогда поднялся скандал: такие-сякие украинские националисты, Гоголя исказили, а по сути дела в этом было рациональное зерно.
Ученик на уроке украинского языка, Украина
– Интересно, как бы сам Гоголь к этому отнесся.
– Сам Гоголь считал себя русским писателем, писал по-русски, просто с некоторым малороссийскими особенностями, за что его на Украине не очень-то любят. Все это непросто, и переводить Гоголя на украинский, наверное, довольно сложно. Особенно когда речь идет о таких исторических событиях, которые описывают формирование украинского народа. Потому что Запорожская Сечь – это, собственно, и было украинское государство, оно там и зарождалось. В Киевской Руси еще не существовали отдельные этносы – украинский, русский, белорусский, хотя предпосылки уже были. То же относится и к языкам. Не Киевская Русь, которая в XIII веке была монголо-татарами разгромлена, а Запорожская Сечь стала ядром украинской национальной территории и украинского этноса. Эти вопросы очень сложные, тут могут быть разные подходы и разные решения.
– Но многие историки сейчас говорят, что украинцы – это все же продолжение Киевской Руси, а нынешняя Россия – это продолжение Московской Руси с большим креном в Орду. Вы согласны с этим?
– Конечно, современное население Украины в большей степени продолжение древнего восточнославянского населения, которое проживало вокруг Киева и на современной украинской территории. Но уже в XII веке великий князь Андрей Боголюбский, который терпеть не мог Киев, перенес столицу во Владимир. По-моему, Ключевский говорил, что Андрей Боголюбский был первый великоросс, потому что он там поселился и там, собственно, продолжалась династия, и традиции были туда перенесены, но прежде всего Ключевский имел в виду политику, проводимую Андреем Боголюбским. Хотя первоначально он был связан с Киевом. Да и вообще эти древнерусские князья постоянно переезжали из одного княжества в другое.
– Система наследования была очень сложная.
– Да, там все было совершенно не так, как современные люди себе представляют. Никакого сепаратизма, конечно, в Древней Руси не было, наоборот, каждый стремился занять место поближе к Киеву. Собственно, поэтому и Русь называется Киевской. Чем ближе к Киеву, тем почетнее и важнее. То есть важно было не отделиться от Киева, а попасть в Киев.
– Тем не менее у нас очень распространены всякие дикие и оскорбительные для украинцев гипотезы о том, что Украины как страны нет, что у них какой-то "недоязык"…
Рисунок русина из книги Чезаре Вечеллио "Древняя и современная одежда со всего света", Венеция, 1598 год
– Да, представления у людей о славянских языках, об отношениях русского и украинского языков порой очень странные. Все-таки наша культура в своей основе имперская. Русские люди, даже образованные, связанные с Украиной, подсознательно относятся к украинскому языку немножко свысока, как к чему-то забавному, смешному. Сыграло роль и то, что после революции 1917 года многие представители русской интеллигенции, жившие на территории Украины, восприняли политику украинизации 1920-х годов как антирусскую. Это отражено у многих русских писателей. Вот, например, у Булгакова в "Белой гвардии": " – Сволочь он, – с ненавистью продолжал Турбин, – ведь он же сам не говорит на этом языке! А? Я позавчера спрашиваю этого каналью, доктора Курицького, он, извольте ли видеть, разучился говорить по-русски с ноября прошлого года. Был Курицкий, а стал Курицький…"
– Украинцы платят русским той же монетой?
– Среди украинцев тоже распространены совершенно ненаучные идеи об истории Руси. Что украинский язык – это самый древний язык, что были какие-то древние "укры", совершенно немыслимые вещи. Я читал одного ученого, автора такой политизированной брошюры, в которой он долго опровергал точку зрения о том, что украинский язык – это русский язык, испорченный польским, а закончил тем, что русский язык – не славянский язык, а язык, испорченный финно-угорским влиянием. То есть русские получили в ответ на свои измышления такие же фантастические вещи. Кстати, и в XIX веке была распространенная версия, даже среди серьезных ученых, что население Киева было в XI–XII веках великорусским, там предки нынешних русских, а потом во время монголо-татарского так называемого нашествия они якобы оттуда ушли, а украинцы, малороссы, появились там значительно позже, в XIV веке.
– Откуда появились-то?
– С Запада, из Галицко-Волынской Руси, в которой они и жили до этого.
– А кто в Галицко-Волынской остался?
– Те же восточнославянские предки украинцев, которые потом тоже влились в украинский этнос. Не все же они переехали в Киев! Но это тоже, естественно, ненаучная с современной точки зрения версия, но она существовала, вокруг нее были споры. Эту идею развивал в первой половине XIX века Михаил Погодин, известный историк, он спорил со своим другом, кстати, украинским ученым, Михаилом Максимовичем о наследии Киевской Руси. И русский ученый Погодин считал, что население древнего Киева было великорусским, и что вообще русские и украинцы – не очень-то близкие друг к другу народы. А украинец Максимович говорил: нет, русские и украинцы – это народы-братья, их языки во время Древней Руси еще очень мало различались.
– И все-таки язык – это слова, мы, например, сегодня часто слышим: "победа" и "перемога", почему в русском и украинском языках такие разные слова для одного и того же понятия?
– Ну, вообще в разных языках по-разному называются одни и те же понятия, это нормально. Перемога – это понятно, переможем. Связано с глаголом перемогти́ “победить, одолеть, пересилить” из древнерусского глагола перемочи.
– Да, а победа, кстати – не очень понятно.
– Но ясно, что это слово с бедой связано. Преодолеть беду. Победить беду. Кстати, в украинском тоже есть побіда и глагол побідити ‘победить’. А в древнерусском языке слово побѣда было многозначным: оно обычно означало “победу”, но также употреблялось и в значениях “поражение”, “состояние побежденного”.
И русский, и украинский языки хранят следы своего древнего происхождения. По словам Светланы Друговейко-Должанской, русский язык в старой орфографии, отмененной после революции 1917 года, хранил следы того обстоятельства, что в древнерусском языке все слоги были открытые: мы сегодня говорим брать, делать, а тогда говорили – брати, делати, и когда эти конечные гласные из употребления исчезли, вместо них после согласных на конце слова стали писать мягкий знак.
– А украинский язык сохранил достаточно много архаических форм, существовавших в общем восточнославянском языке, и это указывает на то, что это абсолютно самостоятельный язык и при этом наследник общеславянского. В нем есть то, чего нет во многих других славянских языках, и придумать это вряд ли возможно, – считает Светлана Друговейко-Должанская.
О том, что думают по этому поводу украинские ученые, корреспондент Север. Реалии спросил львовского историка Ярослава Грицака.
– Во-первых, в Украине до войны было очень мало тем, где доминировало бы какое-то одно мнение. Исключения касались таких тем, как независимость Украины или Голодомор как геноцид, статус украинского языка как государственного и геополитической ориентации на Запад – во всех этих примерах наблюдается стойкий консенсус среди большинства украинцев. Что касается украинского языка и его происхождения, есть, конечно, группа филологов и патриотов (или, лучше сказать, филологических патриотов), которые считают, что украинский язык очень стар, по крайней мере старше русского. Если кто-то хочет показать – особенно это касается Кремля, – какие украинцы глупые, тогда радостно приводят в пример эту точку зрения в ее крайних проявлениях.
Но есть и другая группа, считающая, что украинский язык, как и русский язык – явление сравнительно позднее. И наконец, есть третья группа, которая считает, что нельзя с точностью сказать, когда сформировался язык, поскольку сама постановка вопроса ложная. То есть украинский язык является сравнительно молодым языком, но с очень старой историей. Лично я придерживаюсь последней точки зрения.
О соотношении среди этих трех групп и о числе их сторонников очень приблизительно может сказать тот факт, что большинство (75%) считают Украину главной наследницей Руси. Но здесь я должен сделать одну существенную поправку: украинская либеральная историография – к которой я себе тоже причисляю – не считает, что именно язык является главным критерием идентичности.
Как шутил Антонович, малороссы говорят не на малорусском и не на великорусском – а "мало на русском". И что если бы даже все украинцы перешли на русский, они от этого не стали бы россиянами – примерно как ирландцы, которые перешли на английский, не стали англичанами. Потому что главное различие между украинцами и россиянами состоит не в языке и не в религии – здесь мы относительно близки, а в политических традициях, различных отношениях между государством и обществом. Проще говоря, в Украине невозможен Путин или Лукашенко (хотя местная элита пробовала дважды такой сценарий, но дважды он провалился), а в России невозможен, к сожалению, Майдан, – считает Ярослав Грицак.