5 февраля 2010 года 21-летняя Милана Каштанова шла в Петербурге мимо дома, с крыши которого коммунальщики сбрасывали снег и наледь. С 20-метровой высоты на нее упала глыба льда, восемь месяцев Милана была в коме. И 13 лет провела в коляске, отчаянно цепляясь за жизнь. Все эти годы неразлучно с ней были ее родители – Вадим и Елена, которые оставили постоянную работу, чтобы помогать своей дочери. И вот 31 января их дочь умерла от кровоизлияния в мозг. Отец Миланы рассказал Север.Реалии о том, как они жили все это время.
– Вот мы с Леной как раз вспоминали, как мы 6 февраля… – говорит отец Миланы Вадим о трагедии в 2010 году. – Мы были как неприкаянные в Петербурге. Прошло 13 лет. Мы снова с Леной, как неприкаянные. Круг замкнулся. Но только тогда еще надежда была, а сейчас всё.
Подписывайтесь на инстаграм и телеграм Север.Реалии. Там мы публикуем контент, которого нет на сайте!
Гражданка Эстонии Милана Каштанова приехала в Петербург в 2009 году, училась на психолога в Восточно-Европейском институте психоанализа. А до этого была в Дании в Университете Ольборга, где изучала туризм. Ее парень Ириней поступил в Петербурге на дизайнера. Раньше они учились в одной школе в Таллине. А теперь жили на улице Красного Курсанта, в центре города, собирались пожениться.
Милана со своей домашней собачкой Тоффкой
Эту жизнь пришлось оставить в прошлом, когда 5 февраля 2010 года на маленькую хрупкую девушку упала глыба льда. Никаких ограждений коммунальные службы не выставили, хотя позже в судах доказывали, что предупреждающие знаки об опасности были, но Милана якобы их не увидела и якобы не услышала крики дворников. Записи с камер наблюдения опровергли слова коммунальщиков. Виновной по делу признали сотрудницу "Жилкомсервиса №2" (ЖКС №2) Татьяну Ушакову, ее приговорили к 6 месяцам лишения свободы условно по статье о причинении тяжкого вреда здоровья по неосторожности.
После трагедии врачи смогли стабилизировать состояние Миланы, хотя в первые дни твердили родным одно и то же: "Вряд ли доживет до утра". Дальше была череда чудес: Милана спустя восемь месяцев комы очнулась, потом произнесла первое "Yes", показала язык, улыбнулась…
Нескончаемые операции и реабилитации, тренажеры и другие попытки сделать жизнь Миланы менее болезненной родители оплачивали за своей счет и деньгами благотворителей. Виновник трагедии – "Жилкомсервис" №2 – ограничился компенсацией в общей сумме 10 млн рублей, которую семья получила только спустя несколько лет судебных разбирательств.
За 13 лет борьбы Милана научилась заново дышать, говорить, есть, двигать правой рукой и чуть-чуть ногой, она начала петь и отчаянно цеплялась за жизнь несмотря на болезни, которые преследовали ее и без того ослабленный организм, – приступы эпилепсии, пиелонефрит, пневмония, онкология, коронавирус. Летом прошлого года врачи стали проводить серьезные операции на челюсти Миланы: она была повреждена при падении льда и мешала ей пережевывать пищу. На февраль 2023-го была назначена финальная операция.
Отец Миланы Вадим говорит, что за эти 13 лет они с дочерью стали близки даже больше, чем когда Милана была ребенком, ведь теперь они проводили практически 24 часа в сутки вместе. Со всеми сложностями справлялись. Родители полностью изменили свою жизнь, подстроив ее под потребности единственной дочери, которая в одночасье стала инвалидом, зависимой от них. Они привыкли к этой жизни и даже полюбили ее – самое главное, что Милана была жива и радовала их своей упорной тягой к жизни. Все изменилось за две недели.
– Мы много болтали с ней, смеялись, путешествовали, отдыхали, а теперь – пустота. Еще месяц назад, 31 декабря, в Новый год Милана пела песни, мы пили шампанское, загадывали желание на Новый год и на Рождество, ничто не предвещало плохого. Милана была жизнерадостна, весела, шутила. Все поменялось 13 января. Ей стало немножко похуже. Но у нас так бывало сотни раз за эти годы. Наверное, это что-то другое "похуже", нежели раньше, – говорит Вадим. – На следующий день еще хуже, потом прям совсем плохо. Пошли эпилептические приступы. Они и раньше были, и Милана с ними справлялась. Мы думали, и в этот раз так же все будет… Решили ждать понедельника, чтобы наш близкий доктор Елена Костюк из центральной региональной больницы, которая уже много раз помогала Милане, могла ее забрать к себе. Она много раз нас спасала. И от ковида она спасла.
Почти месяц врачи пытались улучшить состояние Миланы, и оно то стабилизировалось, давая всем надежду, то снова ухудшалось.
– Когда мы привезли Милану к врачу, она была уже без сознания. По анализам поняли, что у нее упал натрий. Ей начали поднимать его, и она через два дня уже была такой же, как всегда. 19 января она с нами болтала. Но, пока она была без сознания, привязалась пневмония и пришлось остаться в больнице. Опять начались приступы, а потом анализы улучшились: пневмония прошла и она снова: "Привет, родители". Вторник, среду – мы уже кушали, – Вадим рассказывает о Милане, как родители говорят о своих маленьких детях, называя её "мы". – Я ей кофе таскал капучино, пошли на поправку. Думали, уже всё – справились. В пятницу собирались домой. А с четверга снова что-то пошло не так. Начало угасать сознание. Опять же, выходные – врачей нет, только дежурные. Опять приступы, один за другим. В понедельник пришла наша доктор Костюк, сделала компьютерную томограмму. Оказалось, кровоизлияние в мозг. В воскресенье она еще нам ручкой могла помахать, воздушный поцелуй послать, но говорить уже не могла. В понедельник, вторник Милана уже без сознания. Доктор тогда сказала: "Вы можете остаться, с ней побыть". Она уже знала. Но мы верили, что Милана опять выкарабкается и гематома рассосется. И не такая гематома была в 2010-м, кровоизлияния похлеще были. Приучила Милана нас, что всегда выкарабкивается. И вот 10 часов вечера, мы собрались на стульчиках ночевать с ней. И вдруг она открыла глаза и буквально через секунду перестала дышать. На приборах начала падать сатурация, шум, гам, минут 10 длилось, и все… Вот и закончилась наша история – так печально.
"Господи, какая хорошая жизнь была"
Из 13 лет жизни в коляске после трагедии три года Милана провела в разных больницах, где ей провели более десятка операций. Первые пять прошли в Петербурге – в Мариинской больнице и Военно-медицинской академии. Милана шокировала врачей своей тягой к жизни. После долгой комы она восстановила память, научилась дышать, есть, говорить. Она отчаянно хотела ходить – благотворители купили ей вертикализатор. Милана через жуткую слабость занималась на нем, несмотря на головные боли, которые накрывали ее после каждой "тренировки". Ее успех – несколько сантиметров движения ногой и рукой – это огромная победа, говорят врачи. И такие победы она совершала ежедневно.
– Хотя бывало тяжело и больно. Но к нам всегда приходили физиотерапевты, логопеды, тренажеры ежедневно – но она ни разу не сказала нам: "Родители, отстаньте, я не хочу". Ни разу. Такой она светлый человечек была. Все преподаватели в один голос говорили – такой старательный человек. Она старалась всегда. Милана никогда не пропускала занятий, не говорила, что ей лень или она не хочет, она была примером в своем стремлении выздороветь для всех, – говорит ее отец.
После травмы Милана плохо видела – картинка всегда расплывалась и поэтому не могла долго читать. Тем не менее она пыталась вести свой блог, изучать язык. Первое время она даже хотела вернуться в университет, просила родителей связаться с преподавателем. Но через 3–4 года семья поняла, что прежней жизни уже не будет. Милана тоже это поняла, но все время стремилась чему-то научиться.
Милана вместе с родителями и близкими
В последние годы она занялась пением с педагогом из Петербурга. Первые занятия Милане было тяжело и пела очень тихо – не хватало силы в легких, но она старалась. В 2017 году Милана дала "домашний концерт" в Ютьюбе. Он сохранился в дневнике, которые в "Живом журнале" вела семья девушки все эти годы.
– Сейчас вот Миланки нет – и мы смотрим на ту жизнь и думаем: "Господи, какая хорошая жизнь была". Нам-то казалось, она плохая. Но она хорошая была! С планами, с надеждами, со смехом, весельем. Я вот говорю теперь, сначала у нас была первая жизнь до 2010 года – легкая и счастливая, потом – после трагедии вторая – 13 лет борьбы и надежды. А сейчас начинается третья – и я не знаю, что нас ждет завтра, что через час. Мы с Леной поняли, что не справляемся, и записались к психологу. Может, что-то подскажут нам. Миланы нет. Время абсолютно остановилось.
Милана вместе с мамой Еленой
Милана трижды была на грани жизни и смерти: в первый раз в Петербурге, когда на нее упал кусок льда, второй – в Тарту, когда у нее начался сепсис, в третий – в 2016 году, когда у Миланы развился эпилептический статус. Но все время Милана справлялась.
– Мы в детстве не были так близки, какими стали за эти 13 лет. Хотя всегда в отпусках были втроем. Просто сейчас все 365 дней в году, 24 на 7 – мама, Милана и я. И потом еще собачка Тоффи прибавилась.
Сейчас Тоффи лишь скребется в дверь комнаты Миланы. Родители закрыли комнату: "Мы не можем заходить".
Имитация ответственности
После многочисленных судов и признания вины сотрудницей "Жилкомсервиса" №2 Татьяной Ушаковой, семье выплатили компенсацию около 10 млн рублей, еще 1,5 млн рублей – в качестве компенсации за моральный вред Милане и 180 тысяч рублей ее родителям. Денег хватило, чтобы закрыть долги после лечения в Германии. Больше виновники трагедии семье Миланы не помогали. Тренажеры, физиотерапевты, поездки, занятия с логопедом и так далее – все это покупали за счет немногочисленных благотворителей или фондов и силами родителей.
Серьезного наказания никто не понес, считает петербургский юрист Александр Голованов, он представлял интересы семьи Каштановых в судах. Начальника ЖКС №2 Сергея Маркина не признали косвенно виновным, он даже не уволился после скандала. Позже правительство Петербурга наградило ЖКС №2 дипломом "Лучшая управляющая компания в области благоустройства и содержания придомовой территории" и серебряной медалью Объединенного профсоюзного комитета работников ЖКХ и сферы обслуживания в Петербурге и Ленобласти. Через несколько месяцев после трагедии тогдашний глава администрации Петроградского района Алексей Делюкин получил государственную награду орден Почета "За достигнутые успехи" .
– По результатам уголовного дела к ответственности привлекли только техника Ушакову. Из обстоятельств дела следует, что она должна была производить контроль за огороженной территорией. Но она ничего не делала. Ленточка была оборвана, снег не убран. В результате Милана оказалась в опасной зоне, девушка шла вдоль стены и попала под сброс льда с крыши. Большой кусок ударил ее прямо в голову, было проникающее ранение в мозг. Потом была череда исков о возмещении расходов на лечение в немецкой клинике – на общую сумму около 10 млн рублей. Примерно через год решением суда взыскали компенсацию в размере 1,5 млн в пользу Миланы. В законе нет расчета компенсации морального вреда. Это внутреннее убеждение судьи, которое укладывается в рамки общепринятой сложившейся судебной практики. Исходя из этого по тем меркам сумма в 1,5 млн рублей была достаточно весомой. А так – поломали жизнь человеку, присудили 1,5 млн. Могли бы больше. У родителей тоже жизнь изменилась и поломалась, компенсации в 90 тысяч рублей на совести судьи, который исходил из того, что они физически не пострадали, а понесли только моральные страдания, – говорит юрист семьи. – Ушакова отделалась легким испугом. Полгода прошло, и все. Никакой материальной ответственности она не понесла. По сути она сыграла роль стрелочника. Никто из них семье Каштановых извинений не принес.
Эта история ничему не научила петербургских чиновников, уверен Голованов. Каждую зиму в Петербурге местные жители получают травмы из-за гололеда, сброски льда и снега с крыш домов. Зимой в 2021–22 годах за полтора месяца только в одну Елизаветинскую больницу Петербурга поступило больше тысячи жителей города, пострадавших из-за гололеда. В феврале 2022 снег упал на коляску с ребенком, следователи тогда возбудили уголовное дело и даже проводили обыски.
В декабре 2022 года из-за гололеда пострадали 150 человек, среди которых заведующий машинно-декорационной частью БДТ 83-летний Адиль Велимеев. Следственный комитет хотя и возбудил уголовное дело, но о дальнейшей судьбе расследования ничего не известно.
Летом жители и туристы получают травмы уже не из-за наледи с крыш, а из-за кусков лепнины, которые отваливаются с исторических домов.
– Идет женщина по Петроградской стороне, а в нее прилетает какая-то отколовшаяся деталь фасада. Все, у человека жизнь поломана. Другого рабочего летом убило на Невском проспекте. Он варил оградку и прилетело в голову. Никто за это ответственности не несет вообще. Уголовное дело открывают, закрывают, не спешат его расследовать. Они занимаются важными делами, фейками, например, – иронизирует юрист Голованов. – А дела по мошенничеству, убийствам, тяжкому вреду здоровья – это все мимо. Надо забрасывать жалобами прокуратуру на бездействие следствия. Ответственности нет – есть имитация ответственности, как в случае с Миланой. И то этот случай был очень громким и была видеозапись, которую сделала случайная прохожая, – поэтому расследование было доведено до конца. Но люди реальных сроков не получают, реальной финансовой ответственности не несут, и даже должностей никто не теряет.